Книга Мое имя Морган, страница 190 – Софи Китч

— Возможно, тебе нужен советчик получше.

— Я определенно ощущаю необходимость поискать кого-нибудь для этой цели, – сказал он. – Достойных, заслуживающих доверия рыцарей, чтобы помогать с повседневными делами королевства, чтобы я мог без колебания отпускать Мерлина предаваться своим пророчествам. Но в эти неспокойные времена непросто найти абсолютную преданность. Каждый день сотни людей клянутся мне в верности, но я практически не знаю большинство из них.

— Тогда начни с тех, кого особенно любишь, – предложила я. – С сэра Эктора, сэра Кея, твоего маршала сэра Бедивера, людей, которым ты доверяешь свою жизнь. Спроси, кому, в свою очередь, доверяют они и почему. Ищи тех, кто верит в тебя, – Нентреса из Гарлота, Леодегранса из Камелиарда, – тех, кого мятежные короли считают сумасшедшими. Когда найдешь честь, вознагради ее, и получишь искреннюю преданность. Вот что я сказала бы тебе, спроси ты моего совета. – Я печально улыбнулась. – Хотя ты, конечно, этого не сделал.

— Клянусь Богом, но ведь ты права! Ты… – Он вдруг замолчал и зажмурился, как от сильной боли.

— Брат, что с тобой?

— У меня уже третий день то и дело голова начинает болеть, неожиданно, как гром среди ясного неба, и сильно, – ответил он. – Ну ничего, пройдет.

— Что значит ничего? Тебе надо показаться своему лекарю. Или Мерлину.

— Право слово, я никогда не говорю им ни о чем таком. Если я хотя бы чихну, Мерлин по уши зароется в свои астрологические выкладки. – Он попытался улыбнуться, но на его лице лишь появилась гримаса. – Я знаю, ты разбираешься в целительстве и мне нужно к тебе прислушиваться, а то все вокруг впадают в панику, стоит мне только почувствовать хотя бы самую легкую боль или ушибиться. Надеюсь только, никто не заметит, до чего я устал.

Стоило мне только подумать о возможности ему помочь, как руки стало покалывать. Однако Артур ничего не знал о том, что я могу, и, возможно, рассчитывал получить тоник, или мощную монастырскую молитву, или совет, какие травы лучше жечь в подобных случаях, а вовсе не золотую силу, которой я владела и которая считалась то Божьим чудом, то колдовством, в зависимости от точки зрения собеседника.

Артур сильно прижал ко лбу ладонь от нового приступа боли и простонал что-то про вспышки света. Я поднялась со своего места.

— Иди сюда, скорее, – я протянула руки, маня его к себе. Озадаченный, он встал, подался вперед, а потом замер, как смирная лошадка, когда я положила ладони ему на виски, плотно прижав пальцы к черепу.

Едва я успела сосредоточиться, как былой жар разгорелся не на шутку, жизненная сила хлынула в кончики пальцев, доставляя приятные ощущения и ища темные очаги боли. В голове они обычно обретают форму камней или бывают острыми и скрученными, как терновая ветвь, но сейчас это была стена, сплошной барьер вдоль костей черепа, внушительный, неподатливый, который, однако, никто до сих пор не пытался сокрушить. Я сделала несколько глубоких вдохов и позволила сознанию поработать над ним. Под давлением моих рук к стене устремились, просачиваясь внутрь, струйки тепла – раздвигая, очищая, растворяя сопротивление, медленно устраняя напряжение внутри головы.

Глаза Артура распахнулись. Я опустила руки, чувствуя, как меня охватывает знакомый восторг успешного исцеления. Хоть что-то в моей жизни по-прежнему оставалось очень простым по своей сути. Король, мой брат, неуверенно коснулся пальцами лба.