Книга Мое имя Морган, страница 182 – Софи Китч

Моргауза стояла в первых рядах, одетая в кроваво-красное платье с витой короной из золота на голове. Ее окружали трое высоких юношей. Старшие сыновья, решила я: волосы двоих были рыжими, в точности как у покойного отца, третий удался чуть темнее – в его внешности прослеживалось меньше оркнейской крови, а черты казались тоньше, несли отголоски горделивой материнской красоты.

Итак, она приехала, и я могла обнимать ее, утешать, говорить обо всем, что нам пришлось пережить за долгие годы разлуки. Однако спина ее была напряженной, ссутуленной, голова чуть склонилась, и я так же, как в детстве, почувствовала, что она хочет как можно скорее исчезнуть отсюда.

Пока тело предавали земле, мы молились, а когда я подняла взгляд, Моргауза исчезла. Я поискала ее в хлынувшей из собора толпе, но нигде не увидела и ощутила пустоту внутри.

— Здравствуй, Моргана. – Эту отрывистую манеру речи я узнала бы где угодно.

— Здравствуй, Моргауза, – ответила я, оборачиваясь. – Если ты не помнишь моего настоящего имени, не стесняйся называть меня «ваше высочество».

К моему изумлению, она заключила меня в крепкие объятия.

— Вижу, ты не изменилась, младшая сестричка, – сухо проговорила она, уводя меня из толпы. Ее красота не увяла, черные блестящие волосы все так же оттеняли напудренную белую кожу, на стройной шее сверкали рубины. Однако ярко-голубые глаза, которые мы с ней унаследовали от отца, потемнели, возле них залегли морщинки тревоги, придававшие ей затравленный вид.

Мы обменялись невнятными любезностями, я выразила ей соболезнования из-за гибели мужа, но Моргауза лишь отмахнулась.

— Я здесь лишь для того, чтобы убедиться, что он вернет мне сыновей. – О нашем брате она говорила с явным пренебрежением. – Иначе ноги бы моей тут не было даже за все золото Лоутера.

— Артур наверняка хорошо с ними обращался?

Сестра отпрянула, услышав, что я называю брата одним именем, без титула.

— Слишком хорошо, я бы сказала. Мои старшие без ума от него и его грандиозных планов. Согласись, в такую ловушку угодить нетрудно.

— Помню, вы познакомились в прошлом году и, говорят, неплохо поладили.

Она поджала губы, шаря глазами по двору.

— Я лишь скажу тебе вот что: будь с ним осторожна. Собираясь кому-то довериться, остерегайся.

— А кому сейчас можно доверяться? – спросила я мрачно. – Ты все равно скоро услышишь это от какой-нибудь сплетницы… в общем, моего мужа не так давно… застали в постели другой женщины. Ни больше ни меньше жены его сенешаля.

Моргауза скрипнула зубами и покачала головой, что в ее случае было выражением сочувствия.

— Жалкий глупец, разрушающий собственный двор, – заявила она. – И время совершенно неподходящее, как раз когда ты в тягости, но вообще-то это дело обычное. Мужчины слабы, а короли жадны. Будь хорошей женой, вынашивай его детей, а потом заведи любовников, и пусть это станет твоей местью.

— А ты сама? – воскликнула я, не веря, что слышу такие слова от королевы. – Ты так и сделала или только мне советуешь рискнуть, зная, что за супружескую измену меня пошлют на костер?

Она улыбнулась с горьким весельем.

— Ты заметила, дорогая сестричка, что беспокоиться об этом нужно только нам? Мужчинам в таких случаях приходится в дополнение к молитвенному правилу несколько раз прочесть «Аве Мария» или их на несколько недель отлучают от постели. Сжигают лишь женщин.