Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 2, страница 22 – Дия Семина

— Держусь, как же мне киснуть, чай не девица, и не красная.

Он улыбнулся и погладил меня по голове, не зная, как ещё поддержать.

А у меня вдруг другая мысль возникла и не самая приятная.

— Пап, Марья же в имение уезжает? Это то, что семь вёрст в сторону Ладоги? А там от неё няня прячется.

— Нет, у неё своё имение есть у тётки. В наше она не сунется. Не переживай. Да и не поедет она в деревню, сейчас же приткнётся где-то в городе. Поди помчалась деньги снимать да переводить на другой счёт. Но там всего десять тысяч, хватит ей на жизнь без шика, лишь бы к нам не лезла больше.

— Вы позволите? Время, друзья мои, время! — лекарь настойчиво потребовал право на доступ к моему телу и снова начал осмотр. Отцу пришлось выйти и прикрыть за собой дверь.

Теперь перед моим лицом туда-сюда перемещается свеча, но, как ни странно, голова не кружится, и даже если сесть резко или на бок повернуться.

— Жаль, что нет МРТ, правда, — я решилась. Если он «наш», значит, отреагирует.

— Чего, сударыня, нет?

— Ну, устройства, которое считывает мозг, просвечивая его, как свеча просвечивает тонкую бумагу.

— А, это вы книжек фантастических начитались. Да, жаль. Но мне это не нужно, в смысле устройство. Я же знахарь. Магические способности есть, слабенькие, но как вы верно сказали…

— Что? Магические? Вы шутите?

Он присел на стул у моей постели, потушил свечу и понял, что разговор предстоит непростой и довольно долгий.

— А вы, значит, возродившаяся? Из какой-то иной реальности? Слыхал я про таких, опасные люди. В магию не верят, всё бы им свои агрегаты и машины…

— Нет, я начиталась фантастики. У мужа есть библиотека. Но про магию слышу впервые, у нас в семье об этом не принято говорить.

Он хмыкнул и уставился на меня, точно, как МРТ, успеваю только представить самый яркий эпизод из местной жизни, стрельбу на дуэли, может быть, хоть так скрою от него свои воспоминания.

— Я всё вижу, но обрывками, не такой у меня уровень, чтобы подтвердить или опровергнуть ваши слова, сударыня. Но вы искусно скрываете свои мысли. Будем считать, что ваш мозг слегка повредился от инсульта, вот здесь.

Он наклонился и двумя пальцами показал на мой правый висок.

— Тогда, раз у нас откровенный разговор, почему вас не признаёт местная медицина? — я тоже решила несколько надавить на его ЭГО.

— Я же сказал — знахарь, рангом не могу быть выше аптекаря. Простых людей мне лечить дозволено, а выше нет.

— Даже несмотря на ваши способности? — у меня не совсем укладывается в голове этот «каламбур».

— Там свои есть одарённые. Но немногим сильнее меня. Магов больше не осталось, измельчали. Вывелись.

— Понятно. Но моего мужа вы потом посмотрите, своим «магическим» зрением? Ему прочат инвалидное кресло, а нам бы ещё жить и жить.

— Непременно посмотрю, и к вам ещё несколько раз придётся заглянуть. У вас в глазу сосуд лопнувший, красное пятно, и синяк огромный, на люди в таком виде лучше не показываться, да и опасно, пока не окрепнете, лучше поберечься.

— А писать, рисовать смогу?

— Если дурноты и головокружение нет, то пару-тройку часов в день, при хорошем освещении можете себе позволить. Но фантастикой увлекаться не советую, от неё у молодых барышень голова кругом.

— Ой, доктор, любите вы страху нагнать. Понимаю я всё, усердствовать не буду. На улицу мне пока путь заказан. Фантастики начиталась и хватит, теперь только исключительно женские романы про любовь и, видит Бог, умные книжки по воспитанию детей.