Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 2, страница 101 – Дия Семина

Через пятнадцать минут я уже представилась консьержу очень красивого дома господ Агеевых, назвала цель визита: «Обсуждение проблем с продажей дома Егорова».

— Да, пройдёмте, я вас провожу и доложу, господа дома, — учтивый пожилой человек очень деликатным жестом позволил мне пройти вперёд и подняться по ступеням на второй этаж. — Вот сюда, немного подождите, сейчас доложу.

Видимо, он решил, что дело очень важное, и сразу привёл к кабинету, но мне же лучше. Не хочется затягивать.

— Проходите, Марк Юрьевич вас ждёт.

Что-то волнение накатило, даже в большей степени, чем в те наши экстремальные встречи с графом Орловым.

Вошла и встала, книксен делать не нужно, передо мной не граф, а ровня, но какая ровня.

Сава мой – орёл, но не такой крутой. Не матёрый ещё, слишком молод по моим меркам.

А Марк эдакий волк, нет, не волк, а акула бизнеса. Один взгляд чего стоит.

Кажется, только взглянув, он всё про меня понял. Точнее, ему показалось, что он всё понял, пришло моё время удивлять.

— Добрый день. Я Анна Ивановна Егорова, жена Савелия Сергеевича…

— Добрый день, Анна Ивановна, наслышан о делах ваших. Что же вы стоите, проходите, садитесь, что вас привело? Про заморозку сделки я знаю, сейчас пытаемся оспорить.

— Да, только дело куда глубже, и опаснее. Позвольте мне рассказать всё подробно. И попросить помощи.

— Расскажите, я весь внимание.

Мне пришлось рассказать, но кратко, предысторию Лидии, и про то, что она после смерти мужа угодила в ряды сектантов и про секту рассказала то, что мне поведал Митя. И перешла к самому опасному «кусочку» истории про детей.

В этот момент Марк, и без того озадаченный, совершенно потемнел.

— М, да… Ситуация ужасная. Мы наслышаны об этих людях, но поймать их за руку невозможно. Они искусно манипулируют своими жертвами. Интернат существует, претензий по нему не было, а теперь понятно почему. Я думаю, что мы завтра же сможем отправить туда инспекцию и даже несколько полицейских, чтобы разведать, и, скорее всего, закрыть. Вам туда нельзя. Детей мы сами заберём. Пока в процессе разбирательств разместим их в доме-интернате в столице, вместе с остальными детками. Заодно их проверят лекари и педагоги, проведут обследование. Потому что если над детьми совершалось насилие и телесные наказания, то это уже подсудное дело.

От его слов у меня в душе всё холодеет и цепенеет. Такого ужаса я и предположить не могла. Реально сама бы помчалась. Но я отправлю туда Митю.

— Но, а потом нам их отдадут?

— У них есть мать…

— Она невменяемая, нуждается в психиатрической помощи, лечении и восстановлении. Когда поправится, то, конечно, они вернутся к ней. Но сейчас у нас есть комнаты, наймём самую душевную няню, да и мы сами с ними будем заниматься. Но умоляю, поспешите.

— Да, сейчас. Секундочку, посидите здесь. Я схожу за женой, Татьяна Алексеевна лучше понимает ситуацию и последовательность действий. Вам в любом случае придётся взять малышей под свою опеку, если у них нет ближайших родственников.

Пока Марк ходит за женой, я вдруг осознала, что я-то этим детям никто, а Савелий больной, если мы в ближайшие часы не поженимся снова, то детей на время лечения мамаши отдадут в детский дом. А это новая травма.

В кабинет вернулся Марк Юрьевич и его молодая жена, он, видимо, уже рассказал суть проблемы, судя по её сосредоточенному лицу, понимаю, что дело ещё сложнее, чем я себе предполагала.