Книга Семья на Рождество, страница 14 – Мотя Губина

Герцогиня неторопливо вытащила из ридикюля лорнет и внимательно на нас посмотрела.

— Какой милый ребёнок у тебя получился, Фридрих. И совсем на тебя не похож.

Я в ужасе вытаращила глаза, изо всех сил стараясь не смотреть на мистера Динли.

— Вы думаете? – переспросил он довольно спокойным тоном.

— Думаю. Всё лучшее он взял от матери. Правда, я думала, что вы, дорогая, брюнетка.

Я скосила глаза на свои каштановые кудри, что мягкими локонами спускались по плечу из сложной причёски и вымученно улыбнулась.

— Этим летом мои волосы сильно выгорели на солнце, Ваша Светлость.

— Вы должны всегда брать с собой зонт, – наставительно произнесла достопочтенная леди, – неправильно, когда образованная молодая женщина позволяет своей коже загореть, а волосам выгореть. В следующий раз, Моника, берегите свое здоровье.

Тут она перевела взгляд на Мартина.

— Что же касается вас, лорд Уильям Динли… Нехорошо перебивать отца, когда он ведёт беседу с другим взрослым. Попроси своего гувернёра получше растолковать тебе свод правил, касающихся общения между детьми и родителями.

— Мистер Скотт учит меня читать! – возмущённо парировал мальчик.

Я просигналила глазами Фридриху, умоляя вмешаться, но герцогиня меня опередила.

— Читать? По-французски?

— Нет, конечно, – фыркнул мальчуган, – я хочу читать интересные книжки, а на французском всё только скучные романы!

— И то верно! – вдруг неожиданно согласилась она, чуть заметно улыбаясь. – Тогда передай мистеру Скотту, чтобы он научил тебя читать как можно скорее, чтобы ты мог начать изучать другие предметы.

— Хорошо, мадам, – кивнул Мартин.

Герцогиня развернулась обратно к собственному внуку, а я незаметно выдохнула.

Обошлось!

Осталось пережить ужин, и я смогу со спокойной совестью засесть в своей комнате и не выходить из неё до уезда гостьи. Мне даже притворяться больной не надо – после таких переживаний у меня сама собой температура поднимется!

Тем временем женщина знакомилась со своим единственным родственником, что остался от её младшего сына. Мистер Динли занял женщину светской беседой и предложил пройти в выделенную ей на первом этаже комнату, чтобы отдохнуть и переодеться перед ужином.

Я же, как только стало можно, и гувернер увёл Мартина, подхватив юбки, бросилась в выделенную мне спальню и плашмя упала на кровать, стараясь восстановить сумасшедшее сердцебиение. Всегда старалась не врать, а изображать из себя бывшую маркизу, а ныне – хозяйку дома было не просто неуютно, а по-настоящему страшно.

Герцогиня казалась женщиной суровой и строгой, чтущей правила, и я с ужасом думала о предстоящем ужине и об этикете, которого нам с Мартином придётся придерживаться.

Мистер Динли обещал во всём нам помогать. Он так же уверил меня, что сам займёт женщину разговором, так что мне не придётся ничего говорить.

И я искренне надеялась, что это будет именно так.

Когда подошло время, пришла горничная помочь мне собраться на ужин. Мне переодели платье, надели на меня фамильные жемчуга и поменяли прическу. Я с небольшим недоумением принимала положенную помощь, понимая, что сама просто не справлюсь со всеми этими завязками. Хватит и того, что во всех этих корсетах было тяжело дышать. Хорошо хоть, жалея меня, горничные не затягивали их слишком туго…