Книга Ледяной отец подруги, страница 95 – Корделия Грин

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Ледяной отец подруги»

📃 Cтраница 95

Из внутреннего кармана пиджака он достал бархатную коробочку — маленькую, тёмно-синюю, перевязанную тонкой серебряной лентой. Щёлкнул замком. И внутри, на подушечке из белого шёлка, сверкнуло кольцо.

Простое. Элегантное. Без вычурных завитков и лишних камней — тонкий платиновый ободок, а в центре — чистейший бриллиант, сияющий, как капля льда в огне, как застывшая слеза звезды, как обещание, которое невозможно нарушить. Он поймал свет свечи и разбросал его по стенкам купола радужными бликами, и на секунду мне показалось, что мы стоим не на крыше, а внутри алмаза.

— Ярослава, — произнёс он.

Его голос — обычно такой уверенный, такой властный, такой непререкаемый, что ему подчинялись залы заседаний и целые корпорации, — дрогнул. Сломался на втором слоге моего имени, как тонкое стекло, и в этой дрожи было столько любви, столько боли, столько надежды, что я перестала дышать.

— Год назад я был мертвецом, — продолжил он, не отрывая от меня глаз, и его тёмные зрачки блестели от свечей и от чего-то ещё, чего я раньше никогда в них не видела. — Мертвецом, который думал, что у него есть всё — деньги, власть, имя, империя, — но у которого не было ничего. Ни одного человека, ради которого хотелось бы просыпаться по утрам. Ни одной причины, по которой стоило бы вернуться домой. Я жил в холодильнике, Ярослава. В красивом, дорогом, идеально организованном холодильнике, и даже не замечал, что замёрз насмерть.

Он сделал паузу, и его кадык дёрнулся, и я видела, как он борется с комком в горле, — этот мужчина, который никогда не позволял себе слабости, — и от этого зрелища моё сердце разрывалось на части.

— А потом ты ворвалась в мою жизнь, — сказал он, и его голос стал тише, хриплее, горячее. — Как пламя. Как пожар. Как цунами, которое сносит всё на своём пути. Ты сожгла всё фальшивое, что я строил годами, — все мои стены, все мои доспехи, все мои ледяные замки, — и научила меня любить. Меня. Человека, который считал любовь слабостью. Ты показала мне, что слабость — это не любить, а бояться. Что сила — это не контролировать, а доверять. Что жизнь — это не баланс на счетах, а вот это. — Он обвёл рукой купол, свечи, метель за стеклом, город внизу, нас. — Вот мы. Вот сейчас.

Он взял мою дрожащую руку — обеими ладонями, бережно, как хрусталь, — и его пальцы были горячими, а мои — ледяными, и этот контраст казался мне символом всего, что между нами: лёд и пламя, зима и лето, смерть и жизнь, сплетённые в одно неразрывное целое.

— Я не обещаю, что со мной всегда будет легко, — сказал он, и в его голосе вернулась сталь, но теперь это была не холодная сталь клинка, а тёплая сталь опоры, на которую можно опереться. — Я сложный. Я упрямый. Я буду бесить тебя, пугать, доводить до слёз и до белого каления. Но я обещаю тебе одно: до последнего вздоха я буду беречь тебя. Защищать. И любить так, как ни один мужчина никогда не любил женщину. Так, как ты заслуживаешь. Так, как ты достойна. Каждый день. Каждую ночь. До конца.

Он поднял на меня глаза — тёмные, глубокие, бесконечные, — и в них я увидела всё: и нашу первую встречу, и те ночи в загородных отелях, и тот страшный вечер, когда Эрика кричала нам в лицо, и все слёзы, и всю боль, и всё счастье, которое мы вырвали у судьбы зубами и кровью.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь