Книга Ледяной отец подруги, страница 20 – Корделия Грин

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Ледяной отец подруги»

📃 Cтраница 20

В голове крутилась одна и та же мысль, как заезженная пластинка, как сломанный механизм, который не может остановиться: «Это могло закончиться иначе».

Могло. Могло закончиться совсем иначе. Если бы Стас не сказал «разворачивайся». Если бы его не оказалось в том джипе — в том самом, чёрном, огромном, с тонированными стёклами и запахом коньяка. Если бы он не спросил «сколько тебе лет» и не услышал в моём голосе того, что заставило его сжать челюсть и отвернуться к окну. Если бы я пошла в другую аптеку — ту, что на углу, за перекрёстком, которая, как я потом узнала, была закрыта на ремонт. Если бы я вышла на пять минут раньше или на пять минут позже. Если бы Эрика не напилась. Если бы я не пошла в «Неон». Если бы я вообще не приехала в этот город.

Случайность. Тонкая, хрупкая, невидимая нить, на которой повисла моя жизнь, как акробатка над пропастью. Одно неверное движение — и нить рвётся, и ты летишь вниз, в темноту, в неизвестность, в то, о чём не хочется думать даже сейчас, сидя на тёплом подоконнике, в безопасной комнате, за закрытой дверью.

Я посмотрела на Эрику. Она спала крепко, безмятежно, как младенец, — валерьянка сделала своё дело, выключила кошмары, погрузила её в глубокий, чёрный, целебный сон. Её лицо было расслабленным, мягким, без привычной маски надменности.

Я отвела взгляд и снова уставилась в окно. Солнце поднялось выше, и город окончательно проснулся — загудел, зашумел, засуетился, как муравейник, в который ткнули палкой. Мимо общежития проехали два автобуса, набитых сонными пассажирами, проковыляла старушка с авоськой, пробежал студент с рюкзаком, опаздывающий на первую пару. Обычное утро. Обычный день. Обычная жизнь, которая продолжалась, как ни в чём не бывало, не зная и не желая знать, что три часа назад на пустынной улице у аптеки едва не сломалась чья-то судьба.

Моя судьба.

Эрика проснулась в восемь.

Я услышала, как она зашевелилась под пледом, — сначала тихий стон, потом шорох простыней, потом громкий, болезненный вздох, как у человека, которого ударили по голове молотком. Она села на кровати, моргая, как новорождённый котёнок, которого вытащили из коробки на яркий свет, — глаза мутные, опухшие, с красными прожилками, лицо серое, как пепел, волосы спутались в гнездо на затылке. Она схватилась за голову обеими руками и застонала так, что у меня заломило в висках от сочувствия.

— Господи, — простонала она, и её голос был хриплым, сиплым, как у человека, который кричал всю ночь. — Господи, что было вчера? Голова… голова раскалывается… Я умираю, Яся, я точно умираю…

Она пошарила рукой по тумбочке, не нашла воды, уронила телефон, выругалась и снова схватилась за голову. Её пальцы дрожали, ногти — с облупившимся вишнёвым лаком — впились в виски, и я видела, как ей больно, как каждое движение отдаётся в черепе тупым, пульсирующим ударом.

Я встала с подоконника — ноги затекли, колени хрустнули, спина ныла от бессонной ночи, — налила ей стакан воды из-под крана и принесла две таблетки аспирина, которые чудом нашлись в нашей аптечке рядом с вчерашней валерьянкой.

— Пей, — сказала я, садясь рядом и придерживая стакан, пока она глотала таблетки, морщась от горечи. — Медленно. Маленькими глотками.

Она выпила, откинулась на подушку и закрыла глаза. Минуту молчала, дыша через рот, как бегун после марафона. Потом открыла один глаз и посмотрела на меня — мутным, виноватым, испуганным взглядом.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь