Онлайн книга «Обитель лжи и секретов»
|
Я подняла подбородок и сжала губы еще сильнее, хотя, казалось бы, сильнее некуда. Герман прав, я прошла через огонь и воду и, наверное, должна достаточно хорошо разбираться в жизни, чтобы никогда больше не произносить фразы в духе «это неправильно» и «так нельзя». Они глупые, детские, но как же хотелось произнести их! Потому что то, что говорил Герман, действительно неправильно, и так нельзя. Я имею в виду, скрывать преступления, лгать всем, не искать доказательства и не обращаться в СБМС. Но главврач прав еще кое в чем. Два основных слоя населения магических созданий – аристократы и поселенческие фанатики – в большинстве своем не хотят работать врачами, видя в медицине грязную и малоприятную работу, поэтому в БСМП № 2 трудятся по большей части молодые люди, которые никому не нужны, отщепенцы. Трудятся за пусть и небольшие, но честно заработанные деньги и маленькую, но свою комнату в общежитии. И лишать их последнего прибежища – тоже неправильно, тоже нельзя. Какое-то время я стояла вот так, глядя на Германа и, вероятно, ярко выражая взглядом бушующие в душе эмоции. А затем просто вылетела из его кабинета, не забыв от всей души хлопнуть дверью. Еще один глупый, детский, а для меня, пожалуй, и довольно эмоциональный поступок, за который очень сильно хотелось отругать себя. Однако я этого не сделала. И даже не подумала бежать куда глаза глядят, или назло Герману позвонить «шестеркам», или пойти спать. Я просто сделала несколько медленных шагов, прислонилась плечом к холодной бежевой стене и так же медленно опустилась на пол и спрятала лицо в ладонях. Мои плечи дрожали, хотя я не обратила на это внимания. Черт, черт, черт! Наверное, из-за недосыпа я отреагировала слишком эмоционально, но… Я так хотела сделать что-то хорошее по отношению к, вероятно, отравленному старику и тем самым искупить свою давнюю вину в убийстве старейшины и еще нескольких человек! Я хотела совершить хороший поступок, все продумала, даже напрягла ради этого коллегу (наверное, утром стоит снова позвонить Марине и отменить просьбу о вскрытии, а то ей еще попадет от Германа). Вот только другие люди и правда обладают способностью портить чужие планы, даже те, которые кажутся идеальными. Это произошло с моим планом сегодня. И то же самое случилось давно, когда мы с Тимофеем попытались сбежать из маленького колдовского поселения… Три года назад Одеяло приятно ласкало босые ноги. Птицы на улице чирикали так громко, что их нестройная, но по-своему мелодичная песня слышна была даже через закрытое окно. Наши с Тимофеем тихие голоса робко нарушали уют спальни. Час ли прошел с принятия страшного решения или всего несколько минут, мы не знали, да нам и не до этого было. Мы с этим парнем, моим несостоявшимся женихом, настолько были заняты обсуждением, что нам некогда было даже посмотреть на время. Мы составляли план, о котором не должны в нормальных условиях говорить дети или подростки. План убийства старейшины. Постепенно первый восторг от того, что я останусь жива, с меня сошел, и я прониклась тем же ужасом, что и Тимофей. Обсуждение деталей и шероховатая структура бумажного пакета с ядом в руках и вовсе скручивали в животе неприятный узел, поднимали волосы дыбом и заставляли сердце колотиться так, будто мы не болтали, а бежали марафон. Однако я гнала от себя даже зачатки мыслей о том, чтобы отказаться от нашей затеи. «Мы убьем, и это хреново. Может, из-за нас поселение через пару лет начнет голодать, что тоже не слишком хорошо, – повторяла я у себя в голове. – Но нас тоже хотят убить, и это намного хуже. Как там это называется?.. Око за око. Все нормально, все справедливо». Не скажу, что это помогало, но во всяком случае мне хватало сил не подняться с одеяла со словами «хватит, лучше пусть нас сожгут!». |