Онлайн книга «Обитель лжи и секретов»
|
— Только недолго. Немного поговорите, и пусть Василиса спускается. И да, я понимаю, что ты волнуешься и не думаешь, что говоришь, но извинись перед гостями, ладно? Они не сердятся, но лучше проявить вежливость. Во мне закипело раздражение, и я с трудом подавила порыв ядовито поинтересоваться, является ли кровавый ритуал проявлением какой-то особой вежливости со стороны старейшины. В другой момент я действительно так и спросила бы, но старикашке и так недолго оставалось на этом свете. К чему лишние скандалы, которые к тому же могли навредить нам с Тимофеем? Поэтому я просто выдавила покорную улыбку и кивок. — Хорошо. Когда дверь за мамой тихо закрылась, Тимофей повернулся в мою сторону. — Что ты там уже успела наплести, что тебе уже надо извиняться? «О том, что хотела узнать тебя, потому что нам вроде как предстояло вместе жить», – чуть не сорвался с губ правдивый ответ, но я вовремя осознала всю неловкость этих слов и прикусила язык. Щеки залила краска. С решительным видом я поднялась со своего места и строго сказала: — Это сейчас неважно. Давай закончим с планом, и я пойду к гостям. * * * Стоило мне появиться на лестнице, как за праздничным столом повисла мертвая тишина. «Убийственная», – пронеслось у меня в голове, и я с трудом удержалась от нервного смеха. Нет. Не сейчас. Сейчас надо сыграть необходимую роль благообразной юной ведьмы, которая просит прощения и готова продолжить отмечать с гостями свои похороны… ой, то есть помолвку. Мои волосы теперь были аккуратно заплетены в косу. Рубашку, промокшую от слез, я сменила. Ноги снова сдавили неудобные туфли. На лице появилась вежливая сдержанная улыбка. Все, как нужно для плана. Орловы, мои родители и старейшина наверняка видели перед собой раскаивающегося подростка, а никак не будущую убийцу, спрятавшую в наспех пришитом под юбкой кармане яд. — Я немного переволновалась из-за помолвки, вот и наговорила глупостей. Извините, пожалуйста, – мягко произнесла я, с самым невинным видом хлопая ресницами. – Могу я сесть за стол? Мама поймала мой взгляд, приподняла уголки губ и чуть заметно кивнула, довольная тем, что я такая послушная. Недолго ей радоваться! — Садись, конечно, дорогая! – разрешила и мать Тимофея, да так громко, что, кажется, сотряслись стены. – Ну кто ж перед свадьбой-то не волнуется, а? Ну спросила и спросила! К счастью, муж начал поглаживать ее по руке, таким образом прося замолчать, и шумные замечания Орловой не продлились слишком долго. Поправив рубашку и смахнув с нее невидимые пылинки, я пошла к своему месту, единственному пустующему. Ближе к лестнице сидел как почетный гость старейшина, а напротив него – я, виновница торжества, с родителями по правую и левую руку. Поэтому, чтобы пройти к своему месту, мне следовало прошелестеть юбкой мимо старого колдуна. Расстояние между старейшиной и стеной было небольшим, а полы у нас в доме были деревянные, легко можно было споткнуться о щель между дощечками. Вот и у меня каблук туфли вдруг неудачно застрял, как раз когда – вот незадача! – я проходила мимо старейшины. Нога моя подкосилась, и я отлетела чуть в сторону, так, что боком задела стол, и оставленный на краю бокал старейшины с квасом упал на пол и разбился на множество осколков. Благодаря плотной ткани юбки ни один из них не смог поранить меня, но как воспитанная боязливая ведьмочка я замерла и взвизгнула, прикрывая рот пальцами, а затем, будто оправившись от потрясения, тоненьким голоском залепетала: |