Книга Обитель лжи и секретов, страница 61 – Мария Щедрина

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Обитель лжи и секретов»

📃 Cтраница 61

И он, не вставая с кресла, махнул рукой в сторону стула, обычного, но обитого тканью. Я действительно сделала несколько шагов, но замерла, не садясь.

— Мой рабочий день закончился. Я к вам по делу.

В ответ на мои слова главврач приподнял брови и подался чуть вперед, кладя локти на стол и складывая ладони домиком.

— Только не говори, что после сегодняшнего дурдома ты решила написать заявление. У нас такое периодически случается, а кадры в дефиците, – чуть ли не жалобно проговорил он.

А утром я боялась, что Герман меня уволит! Правильно говорят, у страха глаза велики. Я предприняла попытку улыбнуться, но, как и всегда в разговорах со всеми, кроме Тимофея, получилось из рук вон плохо.

— Я по другому делу.

Вытащив смартфон и проигнорировав четыре пропущенных от Тимофея, я сразу зашла в галерею. А затем кратко изложила суть.

VI. Побег

Каково главное отличие настоящих историй от вымышленных, планов – от действий? В воображении автора вымысла или изобретателя плана всегда складывается идеальная, сочиненная им, и только им, картинка. Да, можно продумать, как поступишь, если что-то пойдет не так, но даже варианты того, что может пойти не так, ты придумываешь сам, пропускаешь их через себя, свои чувства и логику. В реальной жизни же, кроме тебя, в любом действии принимают участие и другие люди. И зачастую именно по этой причине рушатся все планы. Посторонние обладают уникальной способностью вносить в жизнь свои коррективы и поступать совсем не так, как ожидаешь от них ты.

— Я знаю, что у аспидов не может быть инфаркта, – как всегда, мягко произнес Герман.

Его кот, все время нашего разговора не слезавший со стола, спрыгнул. Судя по мурлыканью, раздавшемуся через несколько мгновений, он подошел к ногам главврача и начал тереться об них.

Быстро закрыв в смартфоне галерею, я убрала его в карман. Слова Германа прозвучали как пощечина. Я что же, зря потратила несколько часов на поиски доказательств? Зря отвлекла Марину?

А с другой стороны, все логично. Артем наверняка сначала пошел к дяде, а уже потом начал трепать языком передо мной. Как я могла не подумать об этом? «Тупица», – мысленно упрекнула я себя.

Но совсем глупо выглядеть не хотелось, поэтому, немного помолчав, я заставила себя выдавить:

— Вы знаете, от чего тогда на самом деле умер Змеев? Его кто-то отравил?

Я думала, что Герман ответит на вопрос точно и однозначно. Каково же было мое удивление, когда мужчина только пожал плечами.

— Возможно. Не просто же так Екатерина Алексеевна ошиблась. Она диссертацию по кардиологии писала.

Свет лампы хорошо освещал лицо старшего Хоффмана, и я не увидела на нем ни капли иронии, лишь безграничное спокойствие в глазах. Он что, серьезно? Ему плевать, от чего умер его пациент, убили ли его?

Мне самой безразличны многие вещи. Я уже давно не сочувствую больным и их родственникам, меня не трогают даже умирающие и инвалиды. Но, черт возьми, у нас в больнице, вероятно, произошло убийство! Это неправильно с моральной точки зрения, но еще терпимо (хотя, подозреваю, совесть будет мучить меня долго). Хуже то, что это нарушает все возможные законы и предписания, и банально не проверить, действительно это убийство или нет, – верх халатности и безрассудства.

— И это все? – спросила я, не в силах поверить, что Герман, один из немногих людей, которых я отношу к хорошим, не хочет понять, почему умер Змеев. – Вы не будете разбираться? Если причина смерти установлена неверно, следует все перепроверить, разве нет? Почему вы так спокойны?

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь