Книга Элегии родины, страница 89 – Айяд Ахтар

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Элегии родины»

📃 Cтраница 89

Примером великодушного умения Аши принимать жизнь как есть было то, что она, кажется, никогда не испытывала по этому поводу горьких чувств. Она не таила обиду на родителей за то, что они, по ее выражению, не могли примириться с последствиями воспитания детей в культуре, отличающейся от их собственной. Их трудности она воспринимала с сочувствием. В глубине души, считала она, они так никогда и не поняли, насколько они не американцы.

В те четыре месяца, что у нас с Ашей не то чтобы был роман и не то чтобы его не было, я трижды встречался с ее родными: дважды в доме в стиле ранчо в Спринге, Техас, где она (и две ее сестры) выросли, и однажды они все проезжали через Нью-Йорк, и мы целый день бродили по залам музея естественной истории. К этому времени ее родители уже знали, что я не просто «приятель подруги», совершенно случайно оказавшийся в Хьюстоне на уикенд на день рождения Пророка – который семья Аши отмечала, приглашая друзей и родных в свой дом на ужин. Думаю, я им нравился. Подозреваю, по большей части потому, что совершенно не был похож на одного человека, с которым у Аши семь лет был роман (и все эти семь лет они отчаянно надеялись, что она от него уйдет).

Еще кое-что об этом, кратко.

Ее отец Харис имел нечто общее с моим, хотя внешне они абсолютно не похожи: Харис коротышка, сложен как бочка, в молодости играл в регби, а потом стал «весомым человеком» – так он шутил, поглаживая себя по животу, когда мы проходили под Синим китом. С моим отцом его объединял фундаментальный оптимизм насчет «этой страны», который заставлял их, выпучив глаза, удивляться чудесам Нового Света; плюс простодушное безрассудство, поощряемое их усвоенной культурой: для одних светлое и уверенное, для других наивное и заносчивое. Главное в их представлении о себе как американцах – это то, что они «просекли» эту страну, «просекли», как работает здешняя система, а прежде всего – что они «пробились». Для Хариса «пробиться» означало вырасти от хозяина магазинчика с автозаправкой, на который у него еле-еле хватило денег в семьдесят пятом, до владельца сети из дюжины таких магазинов по всей Хьюстонской округе, приобрести еще недвижимости (вот почему Аша владеет четырехквартирным домом; в одной квартире живет, остальные сдает), и наконец – чем он больше всего гордился – попасть в совет местного отделения «Лайонс клаб» и в торговую палату. Став в восемьдесят шестом гражданином, Харис немедленно водрузил перед своим домом американский флаг и начал эпистолярную вторую жизнь, которая к моменту, когда Аша мне о ней рассказала, сотворила из него мусульманскую версию одержимого писателя писем Мозеса Герцога, созданного Солом Беллоу. Аша рассказывала, как вдохновленный волнующей речью судьи о демократических идеалах Америки на церемонии присяги Харис начал писать льстивые предостережения – а впоследствии провокационные письма знаменитым американцам – теперь своим согражданам. Это были Ли Якока, Арманд Хаммер, Энн Ричардс, Мухаммед Али, Джон Уэйн, Тип О’Нил, Ли Мериузер, Джеймс Миченер, Росс Перо… и это лишь некоторые. На двери холодильника красовались две самые дорогие ему реликвии: подписанный ответ от самого Джорджа Г. В. Буша (с синими размазанными чернилами того же цвета, что и автограф, тем подтверждающими подлинность последнего), а рядом – снимок, где Харис позирует с тогдашним вице-президентом Бушем на параде Четвертого июля в центре Хьюстона.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь