Книга Элегии родины, страница 111 – Айяд Ахтар

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Элегии родины»

📃 Cтраница 111

У себя в спальне я с трудом разделся до трусов, сел на кровать, стащил с себя варежки и вытащил телефон. Спазм медленно отпускал, но эрекция мягче не стала. Я заглянул в трусы: никогда такого большого у себя не видел. Приапизм – так это называлось на веб-сайтах. Состояние, когда вены пениса аномально сжимаются и кровь, втекающая в орган, обратно вытечь не может. Это бывает побочным эффектом некоторых лекарств, хотя пенициллин среди них не упоминался. Рекомендовались пакет со льдом и аспирин, а если эрекция через два часа не ослабнет, то визит в больницу, где могут ввести лекарство, регулирующее кровоток. Мне внушала ужас перспектива вернуться в приемное отделение и получить укол в пенис от той же дежурной, что недавно именно так поступила с моим задом. Должен найтись иной способ.

Вот тут я и услышал тихий стук в мою дверь. Это был отец.

— Ты что там делаешь?

— Ничего, па. Кое-что смотрю в интернете.

Дверь приоткрылась чуть-чуть, в щели показалось его лицо.

— Скоро придет дневная сиделка на несколько часов. Мне нужно уйти.

— Я смогу проследить за ней, пап.

— Понимаешь, если ей нужно будет в туалет…

— Когда следующая доза?

— Я до того вернусь.

— А куда ты?

— Не знаю. Может, пройдусь вокруг казино.

— Хорошо, я буду здесь.

— Я еще не ухожу. Сперва должна прийти сиделка, – сказал он, и лицо его скрылось. Я услышал, как он тихо спускается по лестнице.

На форумах интернета жертвы продолжительной болезненной эрекции обменивались домашними средствами и восхваляли благотворное действие бенадрила, бега трусцой, холодного душа, теплого душа и, конечно же, эякуляции, хотя это противоречило сведениям более официальных медицинских сайтов. Мне трудно было себе представить, как я мог бы это осуществить, учитывая дискомфорт. Я взял одну варежку и надел ее на себя. Сквозь боль ощущалась мягкость кроличьего меха. Начав осторожно ее двигать, я закрыл глаза и вызвал в памяти тело Аши, наклон ее тонкой шеи, мышечные выпуклости на крепкой спине. Вспомнил ощущение моих губ на ее губах, чистый и сладкий вкус у нее между ног. Представил себе, как она возвращается ко мне, влажная от любви и желания. А перчатку двигал вверх и вниз, вверх и вниз. Но больше всех интимных частей на меня действовало воспоминание о ее глазах – широко расставленных, карих, яростных, это оно вело меня через эти физические неприятности, пока наконец не прорвалось через болезнь и не смешало боль и наслаждение в одной краткой и яркой пустой белизне, в мелком содрогании, в облегчении, которое я едва заметил, в мохнатую серую исландскую варежку, которую мать вряд ли надевала когда-нибудь и никогда уже не наденет.

* * *

К концу недели диагноз подтвердился, и я оставил сообщения всем семи женщинам, с которыми за последние полгода у меня был секс. Извинился за то, что подверг риску их здоровье, предложил оплатить проведение теста. Через десять дней не отзвонилась только Аша; как оказалось, у нее он и был. У Блейка он тоже был – или, точнее, у него он был уже за два месяца до того. Она это знала и не сказала мне, потому что в то время ее собственный тест оказался отрицательным. Теперь уже нет. Когда она наконец позвонила все это объяснить, очень скоро в ее голосе послышались плохо сдерживаемые слезы.

— Прости меня.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь