Книга Марсель Пруст. Смесь, страница 63 – Ролан Барт

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Марсель Пруст. Смесь»

📃 Cтраница 63

Всё это могло бы стать предметом исследования, одновременно и биографического, и структурного. В кои-то веки эрудиция, возможно, пришлась бы кстати: она просветила бы «тех, кто хочет писать».

Фрагменты курса «Подготовка романа»

(1979–1980)

В декабре 1979 года и январе–феврале 1980-го Ролан Барт читает второй свой курс в Коллеж де Франс «Подготовка романа»; это продолжение курса, прочитанного в 1978–1979 годах (и вдохновленного в основном японскими хайку). Для настоящего издания мы выбрали фрагменты, полностью посвященные Марселю Прусту, проходящие, в сущности, красной нитью через эти одиннадцать лекций. Настоящие фрагменты извлечены из нового издания, подготовленного Натали Лакруа на основе расшифровки аудиозаписей (La préparation du roman. Paris: Seuil, 2015). Примечания были переделаны для данного издания.

(p. 227–228)[71]

Пруст великолепно изобразил эпизоды смерти, ее степени, переходы от одной степени к другой. Я имею в виду, что к каждому моменту рассказа о смерти бабушки он добавил конкретную подробность (не нахожу другого слова), словно добирался до самых корней конкретности: например, возьмем небольшой бабушкин приступ в саду на Елисейских полях: там и ее багровый румянец, и рука, прижатая ко рту; а совершенно душераздирающие эпизоды, относящиеся к ходу болезни: как Франсуаза расчесывает ей волосы, причиняя боль, и тому подобное! Почему это правдиво (а не реально или реалистично)? Потому что благодаря этой радикальности конкретного писатель (умеющий предложить нам абсолютную, радикальную конкретность) показывает нам то, что скоро умрет: чем что-то конкретнее, тем оно живее, а чем оно живее, тем больше оно обречено смерти; расчесывать волосы умирающего – безграничное мучение, потому что его волосы еще живы, но скоро они умрут: это японское Уцурои: что-то вроде загадочной прибавочной стоимости, добытой с помощью письма и оправдывающей письмо – полностью, помимо какой бы то ни было теории.

Второе замечание: умирает бабушка. Ее смерть (в конечном счете центральный эпизод «Поисков») на самом деле высказывает то, что написано раньше (во всяком случае, таково мое впечатление): всё, что способствует портрету бабушки, например, вначале, в комбрейском саду, участвует в этой своего рода выдающейся конкретности, яростном чувстве, жалости, «сочувствии», устанавливающем или намеренном вскоре установить момент истины. То есть если вы возьмете первые страницы «Поисков», о Комбре, о доме тети Леони, вы в этот момент, если читаете рассеянно и не знаете продолжения, вполне можете составить что-то вроде психологического портрета бабушки; легко представить себе школьное сочинение на тему «психологический портрет бабушки»: любит природу, имеет свои понятия о воспитании, в семье держится особняком, «смиренна духом» и так далее. Но всё это скучно, это не выражает той ни с чем не сравнимой связи, что соединяла нас с бабушкой; и эта тончайшая связь, надрывающая мне сердце, – это опять-таки нечто совершенно конкретное. Например, когда родные подливают ее мужу коньяк и Пруст говорит: «она отводила назад растрепанные седые волосы», а потом: «бедная бабушка шла в гостиную и начинала пылко уговаривать»; «бабушка уходила, печальная, поникшая, но всё равно с улыбкой на губах», и это: «прекрасное лицо со смуглыми морщинистыми щеками, которые с годами стали почти сиреневыми, как осеннее вспаханное поле», и т. д. По-моему, всё это с самого начала предвещает, что она умрет и что у Тела в Саду та же Конкретность, что у Тела больного, умирающего; точно так же смуглые морщинистые щеки и волосы, которые расчесывает Франсуаза, созданы из одного материала.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь