Книга Замри. Роман с театром, страница 286 – Адольф Шапиро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Замри. Роман с театром»

📃 Cтраница 286

Кем он был, этот загадочный спаситель Гили, чем движим? Инквизитор, проникшийся симпатией к жертве? Оппозиционер, тихой сапой действующий среди своих? Ясно одно: профессионал! Точно уловил момент, когда у человека исчезла воля к сопротивлению.

След неизвестного сотрудника НКВД затерялся в необъятных просторах его империи. Дядя не знал и не мог узнать, что с ним сталось. Он даже имени его не знал. Дожил ли до реабилитации жертв сталинщины или сам был распят?

Так или иначе, но образ этого смельчака врезался в мою память, став в ряд с героями трофейных фильмов. Но вот одно: про «железную маску» и Зорро, оставлявшего всюду знаки, я мог бы говорить долго и подробно, а об истории Гили остались в памяти отдельные эпизоды, которые удалось ухватить.

Жена Гили, моя тётя Мария Степановна Ахмадулина, – самый молчаливый человек из всех, кого я знал. Когда дядю реабилитировали и он разъезжал на «Волге», она, убирая после новогодней ночи салаты и деликатесы, указала мне на аккуратно прикрытую салфеткой хлебную корку на пианино. Потом позвала за собой. По всей квартире – на верхушке буфета, в кухонных шкафчиках – кусочки хлеба. Одни – чёрствые, превратившиеся в сухари, другие – свежие, спрятанные недавно. Муся развела руками – с этим уже ничего не поделаешь.

Так же молча и терпеливо она открывала двери комнат, когда кто-нибудь закрывал их за собой. Гиля не переносил закрытых дверей.

Его взяли на Волге. В Казани. На авиационном заводе, где они с будущей женой работали, в одном из цехов случился взрыв, пошли аресты. Дядя с друзьями написали Сталину, приложив чертежи: это не вредительство.

Письмо быстро вернули. Техническая документация не открыта, на письме рукой вождя выведено, как вырублено: «Не верю. Не знаю».

Отец ринулся в Казань, когда брата арестовали. Простаивал в очередях для справки, но добиться ничего не мог. Ему повезло: стоя у ворот, увидел брата – не то в выходящей колонне арестантов, не то во дворе тюрьмы. Увидел и потерял сознание. Очнулся в татарском доме. Отец говорил – ему было стыдно, но люди, подобравшие его, успокоили: «Не смущайтесь. Тут каждый день такое».

Кто был тайным экспертом генералов невидимого фронта, Гиля узнал в норильском лагере. Читал газету «Правда» и в списке новых лауреатов Сталинской премии в области науки и техники наткнулся на фамилию малоприметного работника их конструкторского бюро. Из «Правды» явствовало, что он удостоен лауреатства за то самое открытие, которым занималась вся их группа.

В живых из её состава остались двое: будущий лауреат, который туда написал, и тот, кто там ничего не подписал.

К лету сорок первого дядя узнал многое: в каменном мешке стоят не шевелясь, пока не лопнут вены на ногах, а в «камере тишины» – изоляция от шума. Часовые в мягкой обуви, на допрос вызывают шёпотом. Зэки сходят с ума.

В одной из таких камер им раз в две недели давали для чтения краткий курс истории партии или что-нибудь вроде. Я по дурости возмущался изощрённым издевательством. А он с жадностью набрасывался на книгу, чередование букв отвлекало, перечитывал много раз, к концу второй недели знал на память и не мог дождаться новой (что-нибудь вроде биографии вождя). Много подобных трудов он изучил к тому времени, когда конвоир вызвал его «без вещей».

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь