Книга Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы, страница 55 – Михаил Ямпольский

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы»

📃 Cтраница 55

Одним из первых ученых, описавших распад классической эллинской системы в позднем римском полупромышленном производстве артефактов, был Алоис Ригль. Он, правда, описал это явление в свойственных ему категориях «художественной воли» (Kunstwollen), ближнего, дальнего, нормального видения (Nahsicht, Fernsicht, Normalsicht) и тактильности. Меня же интересует в его описаниях то, что отсылает к модульной сборке. Ригль обратил внимание на то, что между IV и VI веком украшения капителей претерпели сильные изменения. Прежде всего это касалось листьев аканфа, о которых я говорил в связи с коринфскими капителями. Сначала эти листья отделились от фона и сблизились между собой, чтобы полностью удалить фон, превратившийся в сеть черных промежутков между листьями. Эту трансформацию он описал как переход от тактильного (то есть пластического) к оптическому (то есть иллюзионному). Листья соединяются концами между собой так, что «остающийся фон разделяется исключительно на изолированные симметричные ячейки»[259]. В результате фон трансформируется в орнаментальный образчик и перестает в силу этого быть фоном. Теперь перед нами сборка элементов, часть которых составляют сплетенные в орнамент листья, а часть – сплетенные в иной орнамент ячейки провалившегося фона. Одновременно листья аканфа разделяются на две автономные половинки, которых нет в природе. Ригль называет этот процесс денатурализацией, которая основана на «изоляции всех индивидуальных форм (ликвидацию причинности в чувственно данном облике)»[260]. Подавление фона тут играет важную роль. Фон – это нечто, противостоящее «фигуре» и обеспечивающее ее формальное единство. Когда фон исчезает, а фигура распадается на элементы, равнозначные элементам фона, все трансформируется в орнаментальные цепочки: «Индивидуальные части больше не кажутся проекцией тела, но скорее разноцветными плоскостями»[261]. Тут все превращается в орнамент, состоящий из равноправных модулей. Такие сборки, по существу, уничтожают телесность, сводя ее к серии модульных фрагментов, основной формой организации которых становится орнамент, то есть «бесконечное» повторение элемента, утратившего свое первоначальное значение.

Ригль описал эту метаморфозу в 1901 году, а в начале 1920‑х годов его наблюдения получили самостоятельное развитие у Михаила Ростовцева, изучавшего искусство бронзового века южнорусской степи, где, по его наблюдениям, пересекались разные культуры, прежде всего персидская и греческая. Взаимные заимствования далеких друг от друга культур часто ведут к десемантизации мотивов и их орнаментализирующей метаморфозе. Ростовцев остановился на двух орнаментальных стилях, выявленных им в степи[262], – полихромном (описанном Риглем) и «зверином стиле»[263], который десемантизирует заимствованные мотивы животных и включает их в орнаментальный геометрический стиль. Звериный стиль возникает, по мнению Ростовцева, в Шумере, в Месопотамии, а затем широко распространяется в мире. Он первоначально заключается в комбинации животных в серии, которые «случайно» распределены на поверхности. В результате возникают «геральдические комбинации двух или трех животных, двух животных и неодушевленного предмета, двух животных и человеческой фигуры, или двух человеческих фигур и животного»[264]. Эти варианты показывают взаимозаменяемость фигур, которые связаны не столько смыслом, сколько императивом поверхности: необходимостью в нее вписаться. Отсюда частый мотив борьбы фигур и их деформации ради наиболее полного вписывания в поверхность. Отсюда и мотив крадущегося животного, чья морда повернута назад. Иногда эти животные образуют круг, а иногда бесконечную процессию зверей, для которой лучшей мотивировкой является ситуация охоты. Использование композитных существ, составленных из разных частей животных и людей, относится к той же тенденции. Возникают существа, составленные из львов, орлов, змей, быков, овец и козлов. Многие из этих фантастических существ крылаты. Из этих смесей выделяются устойчивые монстры – грифон с рогатой головой льва и ушастой головой орла, увенчанными гребнем. Или «дракон» с мордой крокодила или змеи, с рогами или без них.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь