Книга Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы, страница 58 – Михаил Ямпольский

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы»

📃 Cтраница 58

Наблюдения Ростовцева были использованы Дэвидом Венгровым в его теории гибридных существ, которая интересна тем, что пытается радикально вывести разговор за рамки всякой умозрительности и концептуальности. С точки зрения Венгрова, гибридные создания возникают в культуре вместе с появлением городов, хотя отдельные случайные гибридные фигуры можно обнаружить и в пещерной живописи, которая в целом избегала композитов. Эту связь с городами можно понять, если познакомиться с венгровским пониманием странного феномена неолитических «городов» или многолюдных поселений. Феномен этот подробно описан в бестселлере Венгрова и Дэвида Гребера «Заря всего. Новая история человечества». Авторы решительно порывают с традицией, связывающей древние города с идеей концентрации царской власти и возникновением империй и бюрократий. Они приводят примеры больших неолитических поселений без храмов, дворцов, следов администрации и всякого присутствия единовластия. Они описывают такие поселения (например, в Триполье) как специфическую организацию общества охотников и собирателей, структурно напоминающую матрешку.

В 2017 году Гребер опубликовал в соавторстве с Маршаллом Салинсом книгу «О царях», в которой утверждается универсалистский характер «примитивных» обществ, радикально отличающихся от современных «автономных самоформирующихся культур»[274]. Традиционные общества, согласно этой книге, прямо связаны с космосом и целиком зависят от отношений с иными людьми:

Я имею в виду богов, предков, призраков, демонов, предводителей видов и иных подобных металичностей, включая тех, что живут в растениях, животных и природных силах: одним словом, тьму «духов» – как бы неправильно не было это обозначение; они принадлежат этому миру и имеют признаки людей, их множество наделено властью над жизнью и смертью иного человеческого населения[275].

В «Заре всего» Венгров и Гербер описывают древнее сообщество как систему концентрических кругов (эту модель до них развивал Салинс). Самый тесный круг – семья, которая включается в клан, а тот в племя и т. д. Таким образом идет расширение кругов, самые дальние из которых совершенно воображаемые. Нечто сходное, конечно, характерно и для современных обществ, но с существенной разницей:

…географический масштаб, внутри которого оперируют большинство людей, в действительности сужается. Культуры палеолита охватывали континенты. Культурные зоны мезолита и неолита все еще охватывали бо́льшие территории, чем большинство современных этнолингвистических групп (того, что антропологи называют культурами). Города являются частью этого процесса сжатия, так как горожане могут (а многие так и поступают) провести всю свою жизнь, живя в радиусе нескольких миль…[276]

Города в такой перспективе оказываются пространством, в которое впрессовываются разные коллективы, индивиды и культуры. Выходцы из разных культур селились в разных кварталах, сохраняя внутреннюю связность и одновременно встраиваясь в более широкую городскую общность. Существенно также и то, что города, обладая впечатляющей устойчивостью структур и планировки, находятся в состоянии постоянной мутации.

Функционирование городов с глубокой древности зависело от возможности горожан установить системы обмена и мер. Эффективность обмена и функционирования зависела от тенденции к стандартизации и, соответственно, модульности. Эта тенденция как будто лежала в русле таксономий, но в действительности выходила далеко за их пределы:

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь