Онлайн книга «Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы»
|
Яркое солнце, покинув прекрасный залив, поднялося На многомедное небо, чтоб свет свой на тучную землю Лить для бессмертных богов и людей, порожденных для смерти. Путники в Пилос, богато отстроенный город Нелея, Прибыли. Резали черных быков там у моря пилосцы Черноволосому богу, Земли Колебателю, в жертву[637]. У Гомера боги еще не поселились в храмах, но живут в святых рощах – ἄλσος. На протяжении геометрического периода возникли первые три классических компонента греческого святилища: алтарь, храм (служивший хранилищем для статуй богов и приношений) и стена (отделявшая сакральное пространство от профанного). Храм, скорее всего, появляется только в VIII веке до н. э. Есть основания считать, что первоначально это было строение из дерева и грубого кирпича с крутой двускатной крышей и портика на двух колоннах. Вытянутое прямоугольное здание появляется между началом и серединой VIII века до н. э. Для интересующей меня темы существенно то, что именно в контексте первых святилищ происходит установление границ – например, отделение ритуального пространства от обитаемого. Полиньяк пишет:
Так появляются первые границы; как пишет Полиньяк, «создание святилищ стабилизировало культ, укоренив ритуал в земле»[639]. Ситуация осложняется тем, что святилище не просто отделяет священное от мирского, но само оно обыкновенно оказывается расположенным на границе некой территории. Примером такого расположения может быть Герейон (храм Геры) в Аргосе. Он находился на самом краю аргосской долины и был обращен к Аргосу, в то время как прямо за ним начинались горы[640]. Он был постоянно виден жителям Аргоса на востоке от города. Но он был виден и жителям Микен на севере, как, впрочем, и жителям Нафплиона и Тиринфа на юге. Многие святилища были построены на краю обитаемых территорий, что делало их принадлежность этим территориям далеко не очевидной. Они маркировали границу между хаосом и упорядоченностью цивилизации, но и место перехода от одного состояния к другому. Полиньяк пишет, что эти святилища отделяли богов от людей и одновременно давали им место в человеческом сообществе, интегрировали их в религиозную жизнь. Речь буквально идет о платоновском смешении – symploke. Важно и то, что Герейон, находясь в восьми километрах от Аргоса, в пяти от Микен и в девяти от Тиринфа, оказывался и своеобразным центром и местом встречи граждан этих трех городов. В тех случаях, когда ни один из городов не мог претендовать на господство, им приходилось делить между собой общий культ. Культ состоял не только из пантеона богов, но и из ритуалов и мифологии, признанных населением как безусловные и «свои». Это означало, что именно культ был унифицирующим элементом в процессе складывания полиса как некоего социального единства. Но поскольку святилище прилегало к разным территориям, между ними неизбежно возникала борьба за присвоение того или иного культа. Эта борьба могла даже перерасти в войну, но, например, применительно к тому же аргосскому Герейону речь шла о соревновании в богатстве приношений и жертвоприношений, способности выделять средства на строительство новых культовых сооружений и организацию пышных празднеств и процессий. В случае с Герейоном победил Аргос, который постепенно «овладел» святилищем Геры. Святилище на краю играло и существенную роль в «производстве» новых граждан. Подростки должны были именно в них проходить ритуальное посвящение, своего рода «ритуалы перехода» от «дикого» состояния к «гражданскому». Так что эти границы имели не только территориальный, но и инициативный характер. |