Онлайн книга «Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы»
Без преувеличения можно сказать, что частные собрания сограждан на симпосиях отчасти выполняли роль локальных домашних агор. Это было вторжение публичного пространства в частное. Андрон зачастую не имел прямого выхода во двор или пастаду, как, например, в доме AVii4 в Олинфе. В него можно было войти из двора только через отдельную прихожую. Комната эта специально изолировалась от дома, а дверь в нее была необычно солидной. Вдоль стен располагались ложа, на которых возлежали участники. Маленькие андроны вмещали три ложа, большие – от пяти до семи. Большой андрон мог вместить, по подсчетам археологов, до 14 человек. Исследования показали медленный процесс выделения больших андронов из общих покоев. Кульминации этот процесс достигает только в классической Греции V–IV веков до н. э. Лайза Неветт, исследовавшая эволюцию андрона, утверждает, что она отражает постепенное изменение роли дома и домашнего хозяйства в общественном устройстве:
Парадоксальность этой эволюции заключается в том, что максимальное включение в социум тут сопровождается повышенной степенью селекции, ведущей к иерархическому структурированию социума. Андрон постоянно подвержен все более контролируемому выделению из структуры дома и домохозяйства. Я думаю, что это вовлечение в полис и одновременное выделение зависят от сложных процедур своего рода социальной инициации. Возможно, это связано с тем, что всякое выделение центра ведет к возникновению иерархически организованных зон между краями и привилегированной точкой центра. Проникновение в центр (в зону гражданства и агоры), таким образом, предполагало отбор, очищение, постепенное приближение к закрытой зоне. Сьюзен Коул замечает:
Но и среди эллинов различались разные социальные группы: рабы, неграждане, женщины и проч., не имевшие полного гражданства. Таким образом, вхождение в сообщество предполагало отбор и изоляцию исключительно избранных. |