Онлайн книга «Издатели и пираты. Книжное дело в эпоху Просвещения»
|
Между тем другие издатели уже готовили свои собрания сочинений Руссо, включая Жана-Луи Бубера, которому удалось заполучить письма Руссо к Франсуазе-Луизе де Варанс, его первой возлюбленной, идеализированной «маменьке» из «Исповеди». А за ними по пятам следовали пираты. Перед лицом этой угрозы Дюпейру объединил силы с двумя другими друзьями Руссо – Рене-Луи, маркизом де Жирарденом и Полем-Клодом Мулту, – у которых тоже были рукописи покойного философа. Вместе они решили отдать предпочтение издательству, которое было создано специально для выпуска полного собрания сочинений Руссо и ставило себе целью не коммерческий успех, а сохранение целостности его наследия. К сожалению, дела в Типографическом обществе Женевы вели непрофессионалы (некоторый опыт был только у Жана-Франсуа Бассомпьера), и со временем оно разорилось. К августу 1782 года «Полное собрание сочинений Руссо» было завершено; всего был отпечатан 10 241 комплект в форматах ин-кватро, ин-октаво и ин-дуодецимо. Но Общество не смогло добиться платы за большую часть экземпляров, и от банкротства его спасло лишь рефинансирование долга. Ликвидация фондов продолжалась до 1797 года, и при окончательном подсчете убыток составил не менее 23 тысяч ливров. Доход от издания сочинений Руссо полностью достался пиратам. Панкук отчитал невшательское Общество за скупость: за права на оригинальное издание Остервальд предложил всего лишь 10 тысяч ливров. «Я бы дал им вплоть до 40 тысяч […]. Торг был не ко времени»[353]. Но невшательцы и их союзники по Конфедерации рассудили, что им будет выгоднее просто перепечатать все то новое, что будет выходить у других издателей, в первую очередь «Исповедь», которая обещала стать бестселлером. В июле 1778 года, как только стало известно о кончине Руссо, Беранже написал, что Конфедерация должна заняться подготовкой собрания его сочинений и любыми средствами раздобыть рукопись «Исповеди». Остервальд, еще рассчитывавший заключить сделку с Дюпейру, сперва отреагировал прохладно, но, когда его планы провалились, примкнул к бернцам и лозаннцам, которые уже начали планировать собственное пиратское издание. Они придерживались испытанной пиратской стратегии, оставляя дорогие издания ин-кватро и ин-октаво оригинальным публикаторам и выпуская доступное для широкой публики дешевое издание ин-дуодецимо. Вопрос состоял в том, какую публикацию имело смысл воспроизводить. Эта проблема обсуждалась на встрече трех типографических обществ, состоявшейся в Лозанне 20 июля 1779 года. Стоит ли сразу приступить к работе, используя существенно продвинувшееся издание Бубера, или подождать выхода нового издания женевского общества, а после решить, какое из них предпочтительнее? 1 мая 1779 года Типографическое общество Женевы разослало циркуляр, оповещавший книготорговцев о том, что оно приобрело все рукописи Руссо и что издание его сочинений будет доступно (по подписке) в трех форматах, включая относительно недорогое ин-дуодецимо, чтобы «предотвратить пиратские подделки»[354]. Месяцем позже Остервальд набросал альтернативное объявление о «карманном издании ин-дуодецимо», которое будет дешевле женевского, воспроизводя его том за томом (с задержкой в три месяца относительно выхода оригинала). Пиратство, утверждал Остервальд, подстегивало конкуренцию и предотвращало монополизацию литературных сочинений[355]. |