Онлайн книга «Издатели и пираты. Книжное дело в эпоху Просвещения»
|
Пфалер подтвердил желание Берна и Лозанны вновь объединить усилия с Невшателем. «Мы втроем должны со всевозможным рвением взяться за два крупных и превосходных проекта, сочинения Бюффона и Вольтера», – убеждал он. Вместе с Хойбахом он уже провел несколько месяцев за их подготовкой; тем не менее издатели были готовы дать невшательцам справедливую долю в обоих. Однако им необходимы безоговорочные обязательства, потому что, в отличие от прежней, новая Конфедерация должна быть основана на конкретных, уже существующих договоренностях. Остервальд, однако, пребывал в нерешительности. К апрелю 1783 года Типографическое общество Невшателя с равным трудом добивалось денег от должников и производило выплаты по собственным векселям. Не желая ссориться с Панкуком, который сделал крупную ставку на парижское издание Бюффона, или просто из осторожности, Остервальд поинтересовался, не может ли невшательское Общество участвовать только в издании Вольтера. 10 апреля Пфалер ответил: нет, невшательцы должны инвестировать в оба проекта, и решать надо немедленно. Между тем Беранже подготовил черновой вариант циркулярного письма, сообщавшего о том, что три компании образовали новую «надежную конфедерацию под названием Союз издателей Швейцарии» и приглашают книготорговцев присылать заказы любому из них, поскольку они будут участниками одного дела. Но, отправляя черновик в Невшатель, Беранже предупредил, что из‑за проволочек Остервальда текст может устареть, так и не добравшись до печати. Хойбах начал переговоры с женевским издателем, согласным заменить невшательцев в обоих проектах. За ними, скорее всего, последуют другие начинания, и тогда о Конфедерации не будет больше речи. А ведь участие невшательского Общества не обязательно потребует от него непосильных вложений. Планы несколько изменились, объяснял Беранже, и есть мнение, что стоит ограничиться одной драматургией Вольтера, а что касается Бюффона, то невшательцы могут взять на себя не треть, а четверть проекта. В любом случае они получат хорошую прибыль, поскольку Бюффон – почти беспроигрышный вариант. На его книги большой спрос, так как они «удовлетворяют любопытство и развлекают читателей». Беранже полагал, что они станут «классикой»: «Они более правдивы, подробны и, вероятно, лучше написаны, чем труды Плиния, а значит, им суждена по крайней мере столь же долгая популярность». Но Остервальд так и не решился инвестировать в Бюффона. В мае Пфалер и Хойбах, несмотря на все опасения, согласились на то, чтобы невшательское Общество присоединилось к Конфедерации для участия лишь в урезанном издании Вольтера. Месяцем позже Остервальд передумал, вышел из вольтеровского проекта и начал предъявлять претензии по счетам прежней Конфедерации. Более того, он отказался предоставлять на обмен бестселлеры из каталога невшательского издательства и даже давать конфедератам скидки на самую многообещающую из последних публикаций, «Портреты французских королей» Луи-Себастьяна Мерсье. В начале августа 1783 года издатели снова собрались в Невшателе, чтобы попробовать спасти Конфедерацию, но это были пустые хлопоты. Как сообщал Беранже Остервальду, на обратном пути в Лозанну Хойбах сказал, что на невшательское Общество рассчитывать нельзя и теперь они вправе делать пиратские перепечатки его изданий, начиная с «Портретов французских королей». Трудно понять, чем было обусловлено поведение Остервальда, – в архивах Общества не сохранились копии его писем за период с января 1781 года по август 1784-го, – но, по-видимому, тут не обошлось без личной неприязни. По словам Беранже, Хойбах знает, «что вы дурно отзываетесь о нем, и считает, что вы о нем невысокого мнения. Это не вызывает у него особого воодушевления». Не исключено, что невшательский нотабль смотрел свысока на сына баварского переплетчика. У Остервальда было больше общего с бернскими издателями – не Пфалером, а его аристократическими партнерами, которые финансировали бернское общество с момента его создания в 1758 году. С некоторыми из них он состоял в переписке. И все же главной заботой Остервальда было ухудшение финансового положения Типографического общества Невшателя. Распоряжение министра иностранных дел Вержена от 12 июня 1783 года об обязательном досмотре в Париже всех книжных поставок, вне зависимости от их адресации, обрушило большую часть невшательской торговли с французскими провинциями[340], и к концу года Общество оказалось на пороге банкротства. |