Книга Пламя Венеции, страница 66 – Джованни Монтанаро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Пламя Венеции»

📃 Cтраница 66

Девочка была очаровательна – светло-зеленое платье со сборками, волосы схвачены обручем, – и эти вечные детские метания между смелостью и смущением, от которого ее веснушчатое лицо становилось еще нежнее. Когда Елена опустила ее на землю, Марта взяла ее и Тициано за руки и потащила обратно к Павильону Италии. Ей хотелось снова посмотреть на работы мастерской. «Мы уже были там три раза», – возразила Елена, но куда там: девочка вела, а они послушно шли за ней. Экспозиция была великолепна – «Искусство и наука», Боэтти и Де Кирико, Фонтана и Балла, Пистолетто и Паладино, огромные полотна и крохотные рисунки, – а Марта тянула их дальше, к самому концу, к витрине с «Синевыми стеклами». Небольшое угловое пространство, но на виду – и какое волнение охватывало при взгляде на него; глядя на то, что они создали, оба, как всегда, подумали: без них этих вещей не было бы на свете, и мир бы, конечно, не рухнул, но был бы другим.

— Пеллегрин будет в бешенстве, – сказала Елена.

— Ты думаешь об этом, сейчас? – отозвался Тициано, но увидел, что она по-настоящему растрогана: в эту минуту она думала о Джусто – о том, как он был бы горд, увидев их здесь, на Биеннале.

Марта росла – веснушки россыпью, косички до плеч.

Помимо рисования, у нее обнаружился талант к спорту – как у брата. Но, в отличие от Улиссе, она тяготела к индивидуальным видам спорта. Художественную гимнастику забраковала – не давала эмоций; плавание и теннис тоже – показались однообразными. Она любила снег: лыжный клуб Кортины, спуски с гор и мечта встретить Альберто Томбу, который Елене казался «челюстью без роду без племени» – куда ему, конечно, до Кэри Гранта. А еще фехтование: уже в четыре года она заставила маму записывать ей по ночам на видеокассеты выступления Дорины Ваккарони на Олимпиаде в Лос-Анджелесе – девушка с ангельским лицом фехтовала на рапирах. А потом были Нума и Чипресса – оба венецианцы. Елена записала дочку в самый знаменитый фехтовальный кружок в Местре, на виа Олимпия.

Однажды вечером они втроем отправились на матч «Рейер». Команда уже несколько лет играла не в Скуола Гранде делла Мизерикордия, а в Паласпорт дель Арсенале – ультрасовременном сооружении, бетонном космическом корабле у ворот Кастелло, рядом с домом Тициано. Какие уж тут лепнина, живопись, парадные лестницы и фрески эпохи Возрождения, какая сансовинская школа – здесь царила современность: ручки-антипаника, электронные табло, рекламные щиты, аккуратные ряды сидений, трибуны вплотную к площадке. И вот они втроем на центральной трибуне, смотрят матч «Джиромо Рейер Венеция» против «Диетор Вирту Болонья», – потому что команды к тому времени носили имена спонсоров, и реклама была повсюду: на майках, вдоль площадки, – нашлась даже реклама холодильника! А еще – карабинеры, враждующие лагеря болельщиков и надпись «Ударная волна» на переполненных трибунах тифози[32] «Рейер».

«Рейер» была хорошей командой – красная форма, боевой характер, – а на площадке блистал немолодой уже Дражен Далипагич: гладкие волосы, усы подковой. Он был кумиром всего города, его постоянно узнавали на улицах – югослав, золотой медалист Олимпиады в Москве, много лет подряд лучший игрок Европы. И пусть ему было уже тридцать шесть – он оставался неудержим: лучший бомбардир Серии А, финты, трехочковые, броски от щита, добивания, штрафные, силовая борьба с Брунамонти и Виллальтой. Он забрасывал и забрасывал – тридцать очков, потом сорок; каждый бросок – в кольцо, и зал смотрел на него как на чудо. Пятьдесят очков; Марта на трибуне, ошеломленная, кричала: «Дражен! Дражен!»; Тициано казалось, что они – самая обычная семья; а Елена смотрела на паркет и видела Улиссе, – Бог знает, где он сейчас, в какой-нибудь пустыне, под каким-нибудь водопадом, – но ей чудилось, что он здесь, что никогда не уходил с площадки.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь