Онлайн книга «Молчаливый мальчик»
|
— Смерть Августы подведет черту под вашим печальным романом, – заметил Рэмптон. — Она была моей женой, сэр. И это не просто роман. Рэмптон развел руками: — Мой дорогой сэр, я ни в коей мере не собирался проявить неуважения к усопшей. – Он сложил руки на колене. – Боюсь, я вел себя не слишком деликатно. Вы, несомненно, испытали шок. Может, бокал вина? Чашечку чая? — Благодарю вас, но нет. Лучше расскажите мне всю историю до конца. — Я до сих пор не знаю подробностей. Но, как мне передали, кто-то сообщил о смерти Августы ее другу, месье Фурнье, а он в свою очередь связался с посольством. Все было сделано должным образом, что само по себе может служить утешением. Смерть зафиксировал лечащий врач. Нотариус составил официальную бумагу с подписями свидетелей, подтверждающую обстоятельства ее кончины. Сэвилл посмотрел в окно. Ласточки по-прежнему парили в небе, но уже дальше от дома. Словно обугленные листья над костром, подумал Сэвилл. Погребальным костром. Рэмптон прочистил горло: — Мне доставит огромнейшее удовольствие, если вы останетесь на обед. — Благодарю вас, но мне пора возвращаться в Лондон. — Вы еще успеете, – возразил Рэмптон. – А кроме того, нам нужно обсудить кое-какие вопросы, что, возможно, займет определенное время. – Рэмптон сделал паузу и, не дождавшись ответа, продолжил: – Имеются документы, о которых я уже говорил. Нотариальное заявление и свидетельство о смерти. — Если бумаги у вас, то я возьму их прямо сейчас, – сказал Сэвилл. – А если нет, то, быть может, вы мне их потом вышлете. Мой адрес вам известен. Найтингейл-лейн, рядом с Бедфорд-сквер. — Бумаг у меня нет. Они у месье Фурнье. И в его распоряжении есть кое-что еще, что может вас заинтересовать. — Сомневаюсь. – Сэвилл поднялся с кресла. – Меня не интересуют вещи моей покойной жены. — Тут дело куда более деликатное, чем может показаться на первый взгляд. Именно поэтому я и пригласил вас не в Лондон, а сюда, в Варделлс. – На лице Рэмптона неожиданно появилась сладкая улыбка. – У Августы был сын. Глава 5 — Этот шрам на вашей щеке из Нью-Йорка… Вот уж не думал, что рана будет так долго заживать, – заметил Рэмптон, когда они сели за стол. – Очень сильно болит? — Совсем не болит, – ответил Сэвилл. – Ведь с тех пор столько воды утекло. — Счастлив слышать это, сэр. Рэмптон распорядился опустить шторы и зажечь свечи, и Сэвилл больше не видел ни ласточек, ни синего неба. Даже в деревне Рэмптон старался соответствовать своему высокому статусу. За столом прислуживали два лакея. Еда была хорошей, а вино выше всяких похвал. Присутствие лакеев вынуждало придерживаться общих тем в застольных разговорах. — А как поживает ваша маленькая дочурка? – спросил Рэмптон, оторвав Сэвилла от восхитительного фрикасе из курицы. — Лиззи? – Сэвилл окинул взглядом стол. – Ваша крестница находится в добром здравии, сэр. Но она уже отнюдь не такая маленькая. — Хорошо-хорошо. – Рэмптон кивнул с таким видом, будто вполне мог поставить себе в заслугу отменное здоровье Лиззи, но из скромности отказался от этого права. – А она похожа на мать? — Да. Внешне. Хотя черты лица мягче, нежнее. — Лишь бы она не унаследовала материнский характер. Давайте помолимся, чтобы этого не случилось. – (Сэвилл промолчал.) – Ее мать была очень красивой в этом возрасте. Если Элизабет пошла в нее, то у девочки будет много поклонников. Осмелюсь предположить, что она скоро достигнет брачного возраста и выйдет замуж. |