Книга Невеста полоза. Пленница златых очей, страница 132 – Екатерина Алешина

«Тренироваться лучше все же без него да в избе с закрытыми окнами и дверями», – советовал в послании Драгомир.

Обращение пугало Радосвету и в то же время манило чувством окрыления и внутренней свободы. Но им нужно управлять, чтоб не добавлять хлопот самой себе.

Ведунья вздохнула да снова бросила взгляд на ложе. Ночевал ли он с ней иль ей приснилось? А кто одеялом укрыл ее? Или же она сама спросонья укрылась? Спросить бы у слуг, да отчего-то Радосвета смущалась спрашивать об этом.

Стоило Раде вернуться из помывальной, как раздался стук в дверь. То пришла к ней Зимава.

— Радосвета, ты уже и ложе прибрала! – всплеснула служанка руками. – Ну что же ты, я бы управилась!

— Мне это привычно и совсем не тяжело, – пожала плечами ведунья.

— Давай хоть волосы заплету. Сделаю тебе косу «колоском», – предложила Зимава, и Радосвета согласилась.

Облачаться в богатое платье, что полагалось для нее, как невесты великого князя, Радосвета не пожелала. Для нее новая одежа была как на праздник. Одеваться вычурно каждый день девица не привыкла и не любила, а потому достала из сундука простую длинную рубаху из дорогого беленого льна с вышивкой, темно-изумрудную запону, подпоясалась широким кушаком и вышла в горницу на утреннюю трапезу. На столе ее ждали буженина, хрустящие ломти свежего хлеба да сырники с гречишным медом. Не успела она сесть за стол, как постучалась к ней Заряна. Рада была ведунья приходу этой веселой, щебечущей девицы да пригласила ее трапезу вместе разделить.

После трапезы ведунья сходила с Заряной к Ярославе, чтобы проведать ее с сыном да о здравии ребенка справиться. Они еще раз спели смертную колыбельную, и Яра много раз благодарила Радосвету за ее поступок. Ярополк с аппетитом брал материнскую грудь и сладко спал, чем несказанно радовал своих родителей.

— Я обязательно найду эту ведьму, – пообещала Радосвета Ярославе, и та вздохнула в ответ.

— Да хоть бы нашлась, злодейка! Даже подумать страшно, что может она теперь у кого-то еще тянуть по капле силу жизни, – посетовала Ярослава.

— Я могла бы пройтись по городу да посмотреть на людей, прислушаться к голосу ветра. Вдруг что-то почую, – предложила Радосвета.

— И я с тобой пойти желаю! – воскликнула Заряна. – А можем и на ярмарку заглянуть, вдруг что-то любопытное присмотрим.

— Ярмарка – это хорошо! – согласилась Ярослава. – Я гривен дам тебе, Радосвета, а ты побалуй себя чем-нибудь. Может, ткани тебе приглянутся заморские или серьги видные.

— Ой, не надо мне гривен! – запротивилась ведунья.

— Это вместо подарка. От нас со Светозаром. Подарок будет чуть позже. Не отказывайся, Радосвета! Никогда не отказывайся от благодарности! – настояла Ярослава и с улыбкой сложила в руку Рады пузатый, туго набитый мешочек с монетами.

— Спасибо, – поблагодарила Радосвета.

— Это тебе спасибо, – промолвила дева и обняла ведунью.

— Рада, ежели наложницы тебя обижать станут, ты только скажи. Я быстро на них управу найду, – пообещала Яра.

— Мыслишь, что станут обижать? – спросила Рада.

Ярослава вздохнула да с сестрой переглянулась, державшей на руках спящего Ярополка.

— Мыслю, что могут, – призналась Яра. – Ты сама посуди: они прожили у князя под боком несколько лет, да ни одну он особо к себе не приблизил, любимицей не сделал. А тут появилась ты. Иномирянка, еще и призванная его песнью. Невеста! И только слепая не узрела бы, как брат мой о тебе печется. Вокруг тебя хлопочет, что орлица над птенцом. Как ты мыслишь сама, по нраву им будет такое?