Книга Непокорная. Невеста Севера, страница 63 – Валентина Элиме

Я хотела возразить, но поняла, что Торвальд прав. Усталость навалилась на меня с новой силой. Когда я в последний раз отдыхала?

— Хорошо, – кивнула я. – Но если он скажет хоть что-то важное, то ты придешь ко мне сразу же. Не важно, день будет или глубокая ночь.

— Клянусь, лаэлли, – обещал Торвальд. – Торир присмотрит за тобой.

Я кивнула и направилась к дому конунга. Ингвару увели воины моего хирда. Теперь ее место было среди рабынь. Она не сопротивлялась. Кажется, в ней что-то сломалось или она приняла свое наказание как данность. С одной стороны, было немного жаль ее. С другой, сама виновата.

В опочивальне было тихо и пусто. Шкуры на постели были аккуратно застелены, в очаге горел огонь. Я скинула шубу, стянула пояс с ключами и опустилась на постель. Ко мне заглянула одна из тир.

— Я хочу ополоснуться, – озвучила я свою просьбу.

Они тут же принялись исполнять мои слова. Скоро все было подготовлено. Оставшись в комнате одна, я опустилась в горячую воду. Тело расслабилось не сразу.

— Отдохну немного и снова начну поиски конунга, – обещала я себе, откидывая голову и закрывая глаза от наслаждения.

Глава 20. Первые вести

* Фрейя *

— Кюна? – негромкий голос пробивался сквозь сновидения и образы в моей голове. – Кюна, проснитесь.

Я резко распахнула глаза и выставила вперед кинжал. Надо мной склонилась одна из тир, которая готовила меня к свадьбе. Сейчас она широко распахнула глаза от страха.

— Вода совсем остыла, – произнесла она. – Уже поздно.

Я моргнула и оглянулась, пытаясь понять, сколько времени прошло и сколько я провела в воде. Тело покрылось мурашками. Остыла не только вода, но и огонь в очаге еле тлел. Никто не подкладывал дров. В опочивальне было прохладно.

— Я помогу, – несмотря на кинжал в моей руке, откликнулась тира и встала рядом с бадьей чистой и сухой тканью.

Я выбралась из воды. Тира тут же укутала меня и растерла мое тело, чтобы я быстрее согрелась. Затем помогла мне облачиться в теплую рубаху. Я перебралась в постель и укрылась шкурами. Тира сначала занялась очагом, затем принялась за бадью.

— Как тебя зовут? – задала ей вопрос.

— Йорин, кюна, – услышала я ответ.

— Почему ты пришла?

— Никто другие не захотел идти. Все боялись. Но вы долго не отзывались и не просили убрать бадью, вот я и забеспокоилась. Ваш воин не хотел пропускать меня, сам хотел заглянуть. Но я отговорила, – говор у тиры был другой, но разговаривала она легко.

— Позови Торира, – попросила я. – Торвальд не приходил? – тут же поинтересовалась я, когда он вошел в опочивальню.

— Нет, кюна, – ответил Торир.

Я кивнула и закрыла глаза. Некоторое время пролежала, слушая шорохи и возню. Затем все стихло, но я уже провалилась в сон.

Утро встретило меня серым и унылым. Я села на постели, провела рукой по лицу, прогоняя остатки сна. Рядом, на скамье, лежала чистая одежда и теплая шкура. Видимо, Йорин позаботилась обо мне, пока я спала.

В доме было тихо. Я привела себя в порядок, оделась, затянула пояс и вышла из опочивальни. В большом зале у очага сидели двое воинов из моего хирда.

— Кюна, – при виде меня они поднялись.

— Где Торвальд? – спросила я, чувствуя, как внутри зарождается тревога.

Они переглянулись.

— Хёвдинг с ночи в бражном зале, кюна. Он с утра там.