Книга Непокорная. Невеста Севера, страница 60 – Валентина Элиме

— Отец, зачем ты позвал… – начала она, но Гуннар прервал ее.

— Подойди, – приказал он ледяным голосом.

Ингвара вздрогнула, но ослушаться не посмела. Она сделала несколько шагов и замерла напротив отца, при этом сверля меня взглядом.

— Ты сбежала из Туманного фьорда, – произнес Гуннар, не спрашивая, а утверждая. – Вместе с воином, который находился под стражей. Ты освободила его и привела в мой дом. Это правда?

— Отец, она…

— Я задал вопрос, Ингвара. Это правда? – голос Гуннара стал жестче.

Ингвара закусила губу, затем выкрикнула, указывая на меня пальцем:

— Это она во всем виновата! Она опозорила меня перед всем Туманным фьордом! Она отобрала у меня конунга! Она сделала меня тирой, отец! Тирой! Меня, дочь ярла!

Гуннар медленно повернулся ко мне.

— Это правда, кюна? Ты сделала мою дочь тирой?

— Да, – ответила я не моргнув глазом. – Ингвара ослушалась приказа моего хёвдинга, не пришла за мной, когда во фьорд пришла весть о пленении конунга. Из-за нее я узнала о случившемся последней. Она унизила меня перед всем народом. По законам Туманного фьорда, я имела право казнить ее. Но я оставила ей жизнь.

Гуннар слушал молча. Затем перевел взгляд на дочь.

— Это правда?

Ингвара опустила глаза.

— Я… я хотела как лучше, отец. Она не заслуживает быть кюной. Хальдор должен был жениться на мне! А этот воин… Его заключили под стражу ни за что! Вигге просто помог мне добраться до дома! Без него меня бы здесь не было. Она не имеет права…

— Замолчи! – рявкнул Гуннар так, что даже пламя в очаге затрепетало.

Ингвара замолкла, открыв рот. Она смотрела на отца с недоумением и страхом.

— Ты принесла клятву на крови кюне, – продолжил Гуннар, и голос его дрогнул. – Ты ослушалась приказа ее хёвдинга. Ты сбежала из фьорда, забрав с собой пленника. Ты опозорила не только себя, но и мое имя. Имя всего нашего рода.

— Но, отец…

— Я сказал замолчи! – тяжелая рука ярла опустилась на стол.

Старый ярл вздохнул, тяжело поднялся на ноги и подошел к дочери. Глядя на нее сверху вниз, он произнес уже тише, но от этого не менее страшно:

— Ты была моим поздним ребенком, Ингвара. Последним. Девочкой, которую я так ждал после всех сыновей, павших в боях. Мать твоя умерла, рожая тебя. И я поклялся ей, что ты не будешь знать нужды. Я баловал тебя, прощал твои выходки, закрывал глаза на твою гордыню. Думал, что с годами это пройдет, что ты станешь мудрее, когда придет время. Но я ошибся. Я воспитал тебя недостойно. Я не учил тебя нарушать клятвы. Не учил бежать от ответа. И теперь за это расплачиваться придется мне.

Ингвара побледнела, но продолжала молчать. Гуннар же разочарованно покачал головой, взглянув на дочь, повернулся ко мне и склонил голову.

— Прости меня, кюна, – произнес он глухо. – Прости за то, что моя дочь причинила тебе столько зла. Это моя вина. Я не доглядел, не уследил, слишком много позволял. Теперь я готов ответить за ее поступки.

Я медленно выдохнула.

— Где Вигге, Ингвара? – спросила я, глядя на бывшую невесту конунга.

Она молчала.

— Я спрашиваю в последний раз, – мой голос стал жестче. – Где он?

Ингвара подняла на меня глаза, полные слез и злости.

— В горах, – выдавила она наконец. – В старой охотничьей хижине. Я спрятала его там, чтобы никто не нашел.

Гуннар тут же отдал распоряжение своим людям.