Книга Яблочный август. Песец койоту!, страница 21 – Лина Шамаева

Из перелеска донеслось шуршание и приглушённая возня. Койт ощерился и, припав к земле, скользнул в сторону шума. Приблизившись, он облегчённо выдохнул. Это были «его» волки, вышедшие на ночную охоту.

Койт тихо рыкнул, привлекая внимание вожака. После непродолжительного общения, несколько волков порысили по следу уехавшего грузовика, а остальные отправились с ним исследовать катакомбы.

Несмотря на кажущуюся компактность горы, сеть тоннелей оказалась весьма обширной и разветвлённой. Как назло, ещё и известняк забивал нос, снижая чувствительность звериного обоняния. Несколько раз коридор оканчивался тупиком, и Койту приходилось возвращаться в исходную точку.

В какой-то момент ему показалось, что он учуял нечто, похожее на аромат малины, но, раскопав заваленный лаз, он обнаружил лишь оставленную непонятно кем разбитую банку варенья. Причём, сделано это было не так давно, судя по состоянию продукта, менее суток назад.

Он досадливо фыркнул и побежал дальше.

Как ни странно, но первым тайный ход нашёл не Койт, а вожак волков. Он бесшумно вынырнул из бокового прохода навстречу оборотню и мотнул лобастой башкой, приглашая следовать за ним.

К негодованию Койта, волк привёл его в очередной тупик. Койт устало прислонился к стене, и под его весом один из камней неожиданно поехал в сторону, открывая замаскированный проход. Из нового тоннеля на Койта буквально обрушился концентрированный аромат малины. Именно тот, который он так долго искал!

Леонора

Узнав причину, она в какой-то мере поняла извращённую логику Вито и ужасающие мотивы, побудившие его к убийству. Но это совершенно не означало, что она оправдывала или одобряла его преступления. Разве можно оправдать убийство? Нет, нет, и ещё раз нет! Никто не смеет отнимать самое ценное — жизнь, никто не имеет права решать за другого, что ему делать и как поступать.

Она потрясённо смотрела на Вито, не зная, что ответить на его крик души. Да и что тут скажешь? Потерять любимую — великое горе, и истинность тут совершенно ни при чём. Есть она или нет — дело не в этом. Если Леонора и сомневалась в существовании мифической истинности, то уж в любовь верила со всем пылом юного сердца. Как верила и в то, что можно умереть от тоски. Или сойти с ума, как Вито.

Ну, конечно же! Вот он, ответ — лежит на поверхности! Вито свихнулся от горя! Леонора тяжело вздохнула. Что толку от её догадки? Это не поможет ей избежать кошмарной судьбы стать очередной жертвой маньяка, возомнившего себя освободителем.

Хотя… Можно ведь попробовать переубедить его? Главное — подобрать нужные слова.

— Вито, я глубоко сочувствую твоему горю, — осторожно начала она, — но я-то тебе зачем?

— Ты — тринадцатая жертва, необходимая для замыкания ритуального круга. Белоснежная оборотница — идеальная кандидатура для обряда. Была. Я опоздал! — горько усмехнулся Вито. — Как же я мог просчитаться? Его вообще не должно было быть здесь.

— Кого? — машинально спросила Леонора, оглушённая известием о своей участи.

— Уже неважно, — отмахнулся он.

— Постой! Но ведь… если у меня есть истинный, то теряется смысл убивать меня! Разве ты желаешь тому мужчине испытать боль, подобную твоей? — она умоляюще посмотрела на Вито.

Он задумчиво посмотрел на Леонору, и ей на миг показалось, что она смогла достучаться до его сердца.