Книга Пиарщица Его Высочества, страница 159 – Эдгар Шторм

Великая княгиня Мария Федоровна приняла Диану в своей угловой террасе, увитой диким виноградом. Минни была в простом полотняном утреннем туалете, без драгоценностей, в ее живых темных глазах сквозила неприкрытая тревога. Не дожидаясь реверанса, цесаревна обняла Диану за плечи.

— Аглая, ты бледна как смерть! Что с тобой происходит? Этот город совершенно тебя измотал!

— Пустяки, Ваше Высочество, просто душная дорога. - Сдержанно ответила Диана, чувствуя, как от запаха жасминовых духов великой княгини к горлу снова подступает знакомый ком. Она сделала глубокий вдох, усилием воли подавляя дурноту. - Нам нельзя терять ни минуты. Роман Александрович привез документы, которые позволят великому князю повернуть дело в законное русло.

В кабинете цесаревича Александра Александровича разговор шел на повышенных тонах. Великий князь ходил перед столом, тяжело топая сапогами. На столе лежали донесения жандармского управления, где каждое второе слово кричало об угрозе бунта. Воронецкий стоял перед наследником прямо, с безупречной выправкой бывшего офицера и непоколебимой уверенностью судебного оратора.

— Ваше Императорское Высочество, посылать солдат на фабрику означает расписаться в бессилии государственной власти. - Чеканил Роман, глядя прямо в суровое лицо будущего императора. - Ткачи не требуют смены законов. Они требуют защиты от произвола иностранного управляющего, нарушающего коренные обычаи нашего государства. В Кренгольме русских подданных заставляют работать в православные праздники, детей морят непосильным трудом, а жалованье урезают без всякого суда. Если армия прольет кровь за интересы барона Кнопа, народ решит, что государь держит сторону немецких угнетателей против собственного крестьянства.

Цесаревич резко остановился, с силой стукнув кулаком по столу.

— Вот и я батюшке то же самое твержу! Немецкие бароны карманы набивают, а нам потом перед народом ответ держать! Что ты предлагаешь, Воронецкий?

Роман раскрыл кожаный портфель, выложив на стол аккуратно переписанные листы с золотым обрезом.

— Первое, объявить высочайшую волю о приостановке военных действий и отводе батальонов на дистанцию орудийного выстрела от мануфактуры. Второе, направить в Нарву сенаторскую ревизию во главе с прокурором окружного суда Кони для расследования злоупотреблений администрации. И третье, самое главное, издать высочайшее повеление об учреждении при Министерстве внутренних дел особой комиссии для выработки первого Фабричного устава Российской империи.

Цесаревич подошел к столу, взял бумаги и углубился в чтение. В тишине кабинета было слышно только тяжелое дыхание великого князя и шелест страниц.

— Ограничить детский труд десятью часами. - Вслух читал наследник, шевеля губами. - Запретить ночные смены для подростков моложе двенадцати лет. Штрафы обращать не в пользу фабриканта, а в особый фонд пособий увечным рабочим. Ввести должность казенных фабричных инспекторов, неподкупных и независимых от заводчиков.

Александр Александрович поднял голову, его взгляд потеплел.

— Это по-русски, Роман Александрович. Это по-государственному. Рабочий человек должен знать, что у него есть заступник в лице монарха, а не только хозяйская палка над головой. Сейчас же еду в Царское Село к батюшке. Сам повезу этот проект.