Книга Боевые девочки любят длинные стволы. Том 2, страница 26 – Игорь Павлов

— Сядь, поговорим нормально, — сказал спокойно, но повелительно, и похлопал по простыне ладошкой.

Дверь автоматически заехала. Сабрина даже обернулась на этот звук с видом, будто попала в западню.

— Что значит — нормально? — скрестила руки на груди и кивнула с вызовом. — Всё вчера выведал, пока я поддатая была?

— Видимо, так, — вздыхаю.

— Илона тебе не поверит, я буду отрицать.

— Вот ты снова за своё, — укорил. — Ни жаловаться, ни сдавать тебя — не собираюсь. В сложившейся ситуации это будет не по–мужски. Я пришёл к тебе, чтоб быть предельно честным. И от тебя прошу хоть какого–то адекватного отклика. Поначалу мы притирались друг к другу, но неужели не ясно, что эта вражда не имеет никакого смысла. Можно же быть друзьями или хотя бы союзниками, Сабрина?

Смотрю ей прямо в глаза, пытаясь выловить хоть какое–то осмысление.

Поза защиты с руками на груди сменяется атакующей.

— Друзьями, говоришь? А мысль неплохая, — с этими словами она усаживается ко мне на коленки лицом вперёд. Сочные бёдра в стороны, руки на моей шее, спинку выгибает. Остаётся только приобнять, а то и спустить лапы загребущие к сочным ягодицам, что в такой позе ещё крупнее. Но я держусь из последних сил. Иначе разговора не выйдет! Только хуже сделаю.

Теперь наши глаза и губы на одном уровне. Эти аккуратно загнутые реснички, лёгкий румянец и горячее дыхание из приоткрытого ротика. Оторопев, я даже возразить не успел. А когда уселась, было уже поздно. Я хочу разговора, Сабрина — целоваться.

— Ну? Что ты хотел сказать, слушаю? — промурлыкала издевательски ласково.

— Между мной и Катей ничего не было, нет, и не будет.

— Да ну, что ты? — шепчет с издёвкой.

— Катя приняла мои любезности за ухаживания и надумала лишнего. Я вообще не планирую заводить здесь ни с кем отношений.

— Ага, какой молодец, — прокомментировала с иронией и полезла целоваться.

Когда сочные губы касаются с такой страстью, первые порывы не удержать, мой рот сам начинает отвечать. Не успел опомниться, язык уже во рту Сабрины, а та выгибается так, что начинает тереться своей грудью о мою.

Не знаю, каким надо быть импотентом, чтоб осмысленно выдержать атаку такой сладкой и горячей крошки, у которой и личико, и фигура отпад. Но я это делаю… делаю на грани отчаяния. Мягко оттолкнув, пересаживаю растерянную Сабрину на кровать рядом.

Судя по затуманенному взгляду — всё, девчонка уже не соображает.

Лезет снова.

— Сабрина! — осекаю. — Я же сказал, не планирую заводить здесь ни с кем отношений!

Смотрит, глазами хлопая.

— Какой строгий, — выдаёт издевательски и задирает майку, вываливая грудь. Довольно красивую с аккуратными розовыми ореолами и торчащими сосочками на больших шариках. От тяжести она чуть опустилась и разошлась, но сочности и формы не растеряла. Похоже, тут и не трёшка, а на размер побольше. В родном мире такие роскошные прелести хрен найдёшь. С какой не замутишь, потом сюрпризом — то кривые, то косые, то сдувшиеся.

А тут такая долбаная пытка!

— Веди себя прилично, — обрываю, хватаю за майку и одёргиваю назад.

А она обратно оголяется, затем снова лезет целоваться. Успевает чмокнуть, мой рот со своим мнением — сразу отвечает. Но я пересиливаю себя в очередной раз и отпихиваю неадекватную Сабрину. Извернувшись, она валится животом ко мне на коленки, демонстрируя выпуклые булочки, съевшие трусы.