Книга Боевые девочки любят длинные стволы. Том 2, страница 24 – Игорь Павлов

Мы целовались в душе. Получается, Катька из–за этого на меня зла. Не хотел, но всё же разбил сердце девчушке. Что ж, оправдываться нет смысла. Уверен, ей ещё сплетен принесут и после сегодняшнего инцидента. Наплетут, что я трахнул Сабрину в номере. Сунул–вынул и пошёл.

С этой мыслью спешу скорее показаться в Развлекательном.

Когда вошёл, убедился, что почти ничего не изменилось. Все три площадки продолжают веселиться. Только теперь больше девчонок за столами сидят. Пятёрки в красных комбезах уже нет, но они успели засвидетельствовать, как я уносил Сабрину. Видимо, их затошнило, и они ретировались.

Усевшись обратно за барную стойку, посмотрел на Тамару.

— Похоже, ты встрял, — резюмировала она, состроив выражение на лице, будто она тужится по–большому.

— Ничего не было, — попытался оправдаться и спохватился: нужно было просто промолчать. Взять что–нибудь бодрящего и вернуть, наконец, свою фуражку, за которую на танцполе продолжается драка.

Пока барменша варганит напиток, обращаю внимание на то, что творится у Насти на площадке. И диву даюсь. Она с ещё одной расфуфыренной куклой в парном танце зажигает, взяв с меня пример. Кстати, неплохо получается нас имитировать, при том, что всё у них в рамках приличия. Только обозначают касания, устраивая своего рода пародию. Ещё и на меня поглядывают с хитрыми ухмылками.

К ним что ли забуриться?

Отхлебнув половину, поднимаюсь и направляюсь, готовый в любой момент сменить курс и завернуть к «Шалуньям». Но девчонки расходятся, начинают аплодировать, Настя машет заходить. Вот это поворот!

Пересекаю поле и окунаюсь в мелодию вальса. Кланяюсь ей, как на светских церемониях у них принято. С горящими фиолетовыми глазищами Настя кланяется в ответ, изображая застенчивую и одновременно игривую улыбку. При этом «Жук» с камерой теперь с нас объектива не сводит.

Понятное дело, что ей нужен контент. Я всё понимаю, и не против помочь.

Подаю руку, она, чуть помедлив, принимает предложение. Лёгкие опасливые касания, с этой фарфоровой статуэткой по–другому нельзя. Положив лапку мне на плечо, девушка делает первый шаг. Обнимая за талию, перехватываю инициативу, и мы начинаем кружиться.

Настя смотрит на меня с удивлением. Погрузившись в её глаза, больше не вижу вокруг ни людей, ни света, лишь нашу собственную музыку.

* * *

Танкер «Звёздочка» на маршруте Этос (Вакуло) — Бельте четыре

Корнелия Дин

Он ведёт в парном танце хорошо, едва заметно касаясь, он не позволяет себе больше. Но в его глазах жажда. Стоило уловить это, и таинству приходит конец. Все её хотят. И этот не исключение. Музыка ещё не закончилась, а она уходит, оставляя смазливого красавчика одного.

Какая–то очень знакомая девушка хватает её за руку и тащит на диваны, где все подходы обступили грозные и пугающие мужчины. Они почему–то с бережностью смотрят на неё. Затем они дубасят того парня, ибо тот был слишком настойчив. Он был смешон, потому что признался ей в любви.

Корнелия открыла глаза. В отсеке под тусклым красным светом тонкой струйкой по стене сочилась вода. Было жутко холодно, она обхватила себя руками, её забила дрожь, зубы застучали.

В голове растворялись обрывки того блеска, той роскоши, тех противоречивых чувств… Что это за сон? Кто тот парень? Почему она была такой жестокой?