Книга Сделка, страница 103 – Лейла Фэй

Воланд садится возле моей головы, и я мельком вижу его обнаженное тело. Потом он приближает разъяренное лицо к моему и рычит:

— Говори!

Он скалит зубы, его глаза горят – такие яркие, почти белые. Я никогда не видела его таким злым. Дрожь от нового страха сжимает внутренности.

И все же я не отказываюсь от своих слов.

— Я лучше умру, чем буду твоей.

Дьявол выпрямляется и ревет, запрокидывая голову. Его горло напрягается от усилия удержать вес рогов. Я пытаюсь отвернуться, но тени не позволяют.

Воздух вокруг меня вибрирует, звук проникает в кости, покалывает тело. Боль и страх пронзают позвоночник, пока я не готова умолять, чтобы это кончилось.

Потом все стихает. Воланд тяжело дышит – каждый выдох заканчивается тихим рычанием, – и мне хочется спросить, почему ему не все равно. Но это продлило бы пытку, а я просто хочу, чтобы все кончилось – так или иначе.

— Упрямая ведьма! – Воланд приближает свое лицо к моему так сильно, что я чувствую на губах его горячее дыхание. – Ты понятия не имеешь, что на кону, да? Так типично для смертных. Эгоистично и недальновидно.

Я бы обиделась, будь у меня возможность испытывать еще какие-то чувства, кроме ужаса и боли. Но я могу только прикусить язык и приготовиться к моменту, когда заклинание кончится.

Наверняка Воланд сделает это сейчас. Он так зол – не могу поверить, что позволит мне прожить еще секунду.

И все же Воланд не торопится. Он выпрямляется, фыркая от ярости и сверкая на меня глазами. Его тени движутся по моей коже – словно ему нужно продолжать касаться меня. Я на грани, с трудом сглатываю. Зубы стучат, голова раскалывается от боли, конечности трясутся в неконтролируемой дрожи.

— Просто… заканчивай… это, – выдавливаю я. – Я не… передумаю.

В ответ Воланд рычит, высовывая длинный черный язык. Я устала смотреть ему в лицо, поэтому опускаю глаза. Длинные, элегантные когти навязчиво выбивают ритм на голом бедре. Движение привлекает мой взгляд к его мужскому естеству – длинному и вялому, лежащему на колене, – шипы топорщатся вокруг основания.

Я двигаю головой, проверяя хватку Воланда, и тени сжимаются, давят на горло. Я замираю и сосредоточиваюсь на дыхании.

Потому что все кончено. Либо он снимет заклинание, либо я потеряю сознание. Уже мертва – в любом случае.

— Чтоб тебя.

Воланд глубоко вздыхает, вонзает когти в мускулистую плоть бедра и, когда показывается кровь, рычит.

В следующее мгновение его окровавленный коготь оказывается у меня во рту, и я чувствую горячий медный привкус. Я протестующе мычу и дергаюсь, но тени затыкают мне ноздри, заставляя проглотить кровь. Только когда я это делаю, Воланд убирает палец.

— Что… – хриплю я, но горло отказывает и голос срывается.

Я снова сглатываю, пытаясь успокоить жжение, и слишком поздно понимаю, что должна была выплюнуть.

Сердце ударяет так, что сотрясает ребра. Я вскрикиваю.

Внезапно вспышка заливает зрение. Тьма теней Воланда вокруг меня становится плотной и глубокой. Я стону от боли – что-то скользит в венах, мощное и горячее. Что-то чужое.

Моя кожа горит, горло пульсирует. Разум в огне. Я бьюсь от боли – и тело необъяснимо становится сильнее. Легче двигаться под тяжестью оборотня. Я все еще в ловушке, но внутри пульсирует ощущение силы.

Ясность наполняет разум, чувства обостряются. Как началось, так и кончилось. Сердце бьется в нормальном, естественном ритме. Мышцы напряжены и готовы.