Книга Сделка, страница 102 – Лейла Фэй

Я представляю, каково это – быть под защитой Воланда. Дьявол пересекает миры без усилий. Он повелевает тенями, может проклинать людей по желанию и, самое главное, останавливает время. Он безумно могуществен. Я помню: даже Стрибог уступал ему.

Но захватывающее дух волнение исчезает почти сразу. Я не могу доверять его обещаниям. И кроме того, я никогда не прощу себе, если позволю ему заявить на себя права. Воланд должен мне жизнь, жизнь Богны. И если я отдам ему власть над собой, то никогда не стану достаточно сильной, чтобы отомстить за нее. Я всегда буду в его власти. Я это знаю.

Просто я так истощена, так боюсь смерти, что часть меня отчаянно хочет верить его лжи. Она хочет легкого пути. Но если жизнь меня чему и научила, так это тому, что у легкого пути всегда непомерная цена.

— Я обдумала твое предложение, – хрипло говорю я, сжимая комок земли в кулаке.

Я отворачиваю лицо от Воланда, заставляя себя посмотреть в разверстую пасть оборотня. Мне придется действовать быстро, в тот самый миг, когда он отомрет. Но даже тогда – как знать, верна ли моя задумка. Скорее всего, мне не победить.

— Смотри мне в глаза, когда говоришь это, – выдыхает Воланд, и я слышу в его голосе оттенок похоти. – Я хочу видеть это на твоем лице. Момент, когда ты станешь моей.

Я не поворачиваюсь. Сердце бьется все быстрее и быстрее – так быстро, что я не могу дышать. И все же с последним вздохом я выдавливаю тихий смешок, прежде чем сказать:

— Я лучше умру.

Воланд молчит. Я не смею на него взглянуть. Кислый пот заливает лицо, попадает в глаза. Дыхание становится хриплым и прерывистым, каждый вздох сопровождается горловым стоном. Вот-вот. Вот-вот оборотень укусит.

— Умрешь? – повторяет за мной Воланд, на этот раз слегка удивленно. Словно никак не может осознать мои слова.

Я с трудом делаю вдох, и еще один, и еще, отчаянно смаргивая щиплющий глаза пот. Я должна продолжать смотреть. Нельзя пропустить момент, когда это случится.

— Ты… Ты отвергаешь меня.

Я бы рассмеялась, будь у меня лишний воздух. Воланд сказал это почти капризно – как ребенок, которому не дали еще кусок хлеба с медом. Мое зрение затуманивается, разверстая пасть оборотня двоится. Я резко моргаю, кашляю. О боги! Сколько времени ему еще надо?

— Ты сумасшедшая, – зло шипит Воланд.

Хорошо. Я судорожно сглатываю, расширяю глаза, чтобы видеть каждую деталь, малейшее подергивание зверя надо мной, как только он оживет.

— Ты безумна, если предпочитаешь быть его… собачьей… а не моей.

Мне хочется спросить, почему Воланд считает это таким странным. После всего, что он сделал, я думаю, мой выбор – единственно разумный. Но мое дыхание поверхностное и горячее, горло горит.

Пожалуйста, ну пожалуйста! Пусть это закончится.

Но Воланд, кажется, намерен заставить меня страдать.

— Посмотри на меня.

Когда я не реагирую, он яростно рычит, обвивает тенями мое горло и хватает за волосы. Воланд с силой поворачивает мою голову, пока наши взгляды не встречаются. Что-то щелкает у меня в шее, а в глазах вспыхивает боль.

— Скажи это снова! – рычит он, его лицо искажено гневом.

Я молчу, и тени проникают в мой рот, скользят вниз по горлу, пока меня не начинает тошнить. Воланд рычит, выпуская их. Еще больше теней окутывает мое тело там, где могут достать под зверем. Они прижимаются к моей коже, словно пытаясь удержать на месте.