Книга Дом на перекрёстке Времён. Мастер, страница 80 – Ирина Ульяненко

Я закрыла глаза на секунду.

Шесть дней.

Андре стоял рядом с диваном, будто боялся пошевелиться и изменить услышанное.

— Лена? — спросил он.

— Я сейчас сообщу в мастерскую.

Николя поднялся не сразу. Сначала протянул Андре руку.

Долго не отпускал.

— Ваша девочка была здесь позавчера.

Ожидание оказалось хуже дороги.

Андре прошёлся по комнате, остановился у окна, вернулся к столу. Поправил воротник. Проверил, застёгнуты ли все пуговицы.

— Я плохо выгляжу?

— Вы выглядите уставшим.

— Это значит плохо.

— Это значит уставшим.

Он неожиданно усмехнулся.

Потом снова подошёл к окну.

Я слышала, как внизу Николя с кем-то разговаривал по телефону. Разобрала имя Михаила и отвернулась, чтобы Андре не увидел моего лица.

Но он тоже услышал.

На мгновение плечи его напряглись.

— Он её привезёт? — спросил Андре.

— Не знаю.

Он кивнул.

Вскоре с улицы донёсся шум мотора.

Андре застыл.

Шаги внизу. Скрип двери. Быстрый голос Лены — слов я не разобрала.

Потом она появилась в проходе.

Без пальто. Должно быть, бросила его внизу. В руках держала длинный свёрток бумаги, перевязанный тесёмкой.

Увидев отца, остановилась.

Андре сделал шаг.

— Лена.

Она не двинулась.

Смотрела на него так, словно пыталась совместить с человеком, которого помнила.

Он тоже смотрел.

Восемь лет нельзя было разглядеть сразу.

Потом свёрток выпал из её рук.

Лена подошла быстро, почти побежала последние два шага, и уткнулась лицом ему в грудь.

Андре обнял её.

Сначала осторожно. Потом так крепко, что она всхлипнула.

— Папа.

Он что-то ответил, но я не расслышала.

Лена отстранилась, потрогала его щёку, волосы у виска, снова обняла.

— Ты настоящий?

— Да.

— Скажи ещё что-нибудь.

Андре попытался улыбнуться.

— Экзамен сдала?

Она смотрела на него несколько секунд.

Потом засмеялась сквозь слёзы.

— Сдала. Папа, я сдала.

Я вышла в коридор.

На нижней ступеньке лестницы стоял мужчина в расстёгнутом пальто. Он держал Ленин шарф и сумку.

Когда я спустилась, он поднял голову.

— Всё хорошо?

— Они разговаривают.

Он выдохнул.

— Хорошо.

Это был Михаил.

Выше, чем я представляла. С широкими ладонями и глубоким следом от очков на переносице. На манжете рубашки темнело чернильное пятно.

Он положил Ленины вещи на скамью.

— Вера знает, — сказал он. — Я успел ей сообщить.

Я кивнула.

Михаил посмотрел наверх.

— Мне, наверное, лучше…

— Подождите.

Андре стоял на лестнице.

Лена была рядом, держала его за руку.

Несколько мгновений мужчины молчали.

— Здравствуй, Андре, — сказал Михаил.

— Здравствуй.

Михаил снял очки, тут же надел обратно.

— Комната готова. Если понадобится.

— Мне передали записку.

— Да.

Снова наступила тишина.

Лена не пыталась её заполнить.

Я смотрела на перила, на потёртое место возле поворота лестницы.

— Я пока не знаю, что тебе сказать, — произнёс Андре.

Михаил кивнул.

— Не обязательно сейчас.

Он взял со скамьи свою шапку.

— Ключ у Лены. Я буду внизу, в мастерской, до вечера.

Потом посмотрел на девушку.

— Я скажу маме, что ты останешься с отцом.

— Спасибо.

Он ушёл.

Андре ещё немного постоял на ступеньке, потом повернулся к дочери.

— Покажешь свои бумаги?

Экзамен оказался по черчению.

Лена развязала тесёмку и развернула листы на большом столе. Прижала углы книгами, стала объяснять, где ошиблась, что заставили переделать и почему преподаватель не принял первый вариант лестницы.