Книга Дом на перекрёстке Времён. Мастер, страница 46 – Ирина Ульяненко

Я не пыталась её утешать.

Она была жива. Стояла на коленях перед могилой родителей, которых пережила на столетие, почти не успев повзрослеть.

Наконец сказала:

— Я столько раз сердилась на него. Думала: если бы он хоть раз меня услышал.

— У тебя были причины сердиться.

— Были.

Она вытерла щёку.

— А теперь я вижу, что он ждал.

Я присела рядом.

— Одно не отменяет другого.

Адель медленно кивнула.

⁂

На обратном пути она попросила остановиться возле той улицы, где стояла отцовская лавка.

Здание сохранилось.

Первый этаж переделали. В витрине висели светильники, за стеклом виднелись столы и люди.

От старой двери осталась каменная арка.

Адель вышла из машины.

Постояла на тротуаре, подняв голову к верхним окнам.

Я встала рядом.

— Которое твоё?

Она показала.

Из-за занавески на мгновение выглянул человек. Потом отошёл, и окно снова стало обычным чужим окном.

— Там теперь кто-то живёт, — сказала Адель.

— Да.

Она смотрела ещё немного.

Потом повернулась к машине.

Входить внутрь не попросила.

⁂

Дома Адель убрала в вазу цветы, которые остались от букета. Вымыла руки, переоделась.

Я думала, что она захочет побыть одна.

Но через некоторое время она пришла в библиотеку с зелёной тетрадью.

Села напротив меня.

— Когда вы видели Элеонору, был тысяча девятьсот седьмой год?

— Да.

— Отец тогда ещё жив.

Я положила ручку.

— Судя по тому, что мы нашли, да.

Адель раскрыла тетрадь, но ничего не написала.

— Если бы я передала ему письмо…

— Мы могли бы попробовать.

Она посмотрела на свои руки.

— Я хотела написать, что прощаю его. Ещё на кладбище подумала.

Я ждала.

— Но это было бы неправдой. Я пока не знаю.

— Тогда не пиши этого.

Адель подняла глаза.

— Можно просто сказать, что я жива?

— Конечно.

Она взяла ручку.

Написала обращение.

Потом остановилась.

За стеной Сергей складывал дрова возле камина. Иногда полено задевало другое, и раздавался короткий сухой стук.

Адель слушала.

— Он всегда вставал раньше меня, — сказала она. — Отец. Открывал ставни в лавке. Я просыпалась от этого звука.

Она закрыла тетрадь.

— Я хочу с ним поговорить.

Я не ответила сразу.

Адель посмотрела прямо на меня.

— Не вернуться насовсем. Не выйти замуж. Я хочу, чтобы он увидел меня и услышал, что я сама выбрала другую жизнь.

— Мы не умеем выбирать точное время, Адель.

— Я помню.

Она положила ладонь на обложку.

— Тогда сначала помогите мне понять, как можно попытаться и вернуться сюда.

Я посмотрела на дверь, за которой находился диван.

Потом придвинула к нам тетрадь с записями о возвращениях.

Адель пересела ближе.

На этот раз она сама открыла первую страницу.

Перед отъездом я зашла к Жанне.

Она спала. Адель сидела рядом и держала на коленях книгу, которую так и не открыла.

Я показала конверт.

— Поеду сегодня.

Адель кивнула, потом достала из сумки ещё один.

— Передай ей.

На конверте было написано только имя.

Адель.

Я взяла письмо.

— Хорошо.

— Не знаю, что она обо мне думает.

— Ты ведь иногда вспоминаешь, что происходило с ней.

Адель покачала головой.

— Не всё. Иногда появляется кусочек, а остальное остаётся прежним. Я помню, как боялась за маму. Но что почувствовала, увидев себя… Пока не могу вспомнить.

Она посмотрела на мать.

— Я написала то, что хотела бы тогда услышать.

В прошлое я попала под вечер.