Книга Между ними. Отчим и его друг, страница 84 – Элис Екс

Её голова резко дёрнулась в сторону. Глухой звук удара кулака о кожу и кости прогремел в воздухе сильнее любой команды.

— Нет! — закричала я. — Галина!

Я рванулась к ней, инстинктивно, не думая о страхе, не думая о пистолетах. Только бы помочь, только бы защитить...

Но не успела. Жёсткая рука схватила меня за плечо, с такой силой, что я вскрикнула, и в следующую секунду меня потащили назад.

— Пошла! — рычал мне в ухо кто-то, грубо держа за руки, практически не давая дышать.

Я пыталась вырваться, кричала, звала Галину, но меня втолкнули в другую машину — чужую, вонючую, пахнущую бензином и чужим потом.

Дверь захлопнулась перед моим лицом, отрезая от мира. И в последний момент, через мутное стекло, я увидела, как Галина, держась за щеку, пытается подняться.

Боже... Что происходит? Что им нужно? Я пыталась отдышаться, вжавшись в угол заднего сиденья, когда один из мужчин резко распахнул дверь и склонился надо мной.

— Молчи, — рявкнул он так близко, что я почувствовала запах дешёвого табака и металла. — Ни слова.

Прежде чем я успела что-то сказать или даже кивнуть, он натянул мне на голову чёрный мешок. Ткань была грубой, пахла пылью и сыростью, прижималась к лицу, мешая дышать.

Я захлебнулась коротким всхлипом, инстинктивно пытаясь сорвать его, но мои руки тут же грубо оттолкнули обратно.

— Тихо! — зашипел он. — Иначе хуже будет.

Машина тронулась с места, рывком. Я качнулась в сторону, не видя, куда нас везут, где мы.

Всё, что осталось для меня — это глухой рев мотора, тряска под колёсами и собственное учащённое, загнанное дыхание.

Паника накрыла меня, как волна.

Я зажала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Меня трясло мелкой дрожью, слёзы обжигали глаза под тканью мешка.

Дыши, Варя... Дыши... Держись... Пока жива — есть шанс. Они не должны видеть твоего страха. Никогда.

Но внутри меня, глубоко-глубоко, уже начал вскипать ужас.

Машина тряслась на ухабах, и каждый новый толчок отдавался болью в спине, в животе, в горле, где ком стоял уже несколько минут. Я едва дышала под плотной тканью мешка, стараясь не делать резких движений, не выдать, как сильно дрожу.

И вдруг сквозь шум мотора я уловила приглушённые голоса.

— Всё, взяли. Едем на место, — сказал кто-то спереди. Голос был грубым, чужим, незнакомым.

— Она одна? — спросил второй, моложе, с хрипотцой в голосе.

— Одна. Всё по плану. Никаких хвостов.

— А если найдут? — тихо, почти шёпотом.

Пауза. Тяжёлая. Словно в машине сгустился воздух.

— Найдут — поздно будет.

— Понял.

Мой желудок скрутило от страха так, что я едва не застонала вслух. Поздно будет... Что они собираются сделать? Что значит «поздно»?!

Машина свернула, и я почувствовала, как асфальт под колёсами сменился на гравий.

Машина резко затормозила, бросив меня вперёд так, что плечи больно ударились о спинку сиденья. Я даже не успела выдохнуть, как кто-то дёрнул дверь и схватил меня за плечо.

— Вперёд! — рявкнул тот же грубый голос.

Меня потащили наружу. Ноги путались, земля под ногами была неровной, шершавой. Я слышала хруст гравия, запах сырости и ржавчины бил в нос.

Мешок всё ещё был на моей голове, и это только усиливало ужас — я не видела, куда меня ведут. Слышала лишь скрип ржавых ворот, глухие шаги вокруг и тяжёлое дыхание своих похитителей.