Онлайн книга «Пламя греха»
|
— Виной тому то, что вы видите! — говорила его мать, но, по правде говоря, взрослые нас никуда не брали. Мы вдыхали атмосферу преступного мира и пороха, но нам приходилось ждать, пока мы не станем мужчинами, чтобы взять в руки первое оружие или пойти на собрания. Табличка «проезд воспрещён» в конце улицы до сих пор выглядит как решето. В детстве мы любили метать в неё камни из рогаток, а потом, когда всё изменилось, стали стрелять пулями. Так устроен этот мир. Детство и юность для таких, как мы, длятся недолго. Время, необходимое, чтобы сделать грёбаный вдох, и вот ты уже направляешь пистолет на лоб парня, с которым вырос. И вместе с неопытностью, гонками в город на раздолбанных велосипедах и кожей, вечно высушенной солнцем, ты теряешь свою истинную природу, искреннюю улыбку, древнюю связь. Доверие. В кармане вибрирует телефон, и, вздохнув, я достаю его. Сообщение. Людовика: Сет со мной, Винченцо за дверью. Скажи, где ты. Я не отвечаю. Убираю телефон обратно в карман и иду дальше. Зубы сжаты, в груди горит. Вилла… С тех пор как посадил Людовику в машину, чтобы её отвезли домой, я думаю только о том, что она пробормотала. Вилла… Чем заняты мои мысли в происходящем сейчас хаосе? Женским бредом. Я дурак, и всё же… Мне пришлось раньше времени закончить встречу с Микеле Амато. Мы договорились, что Stage может быть безопасным местом для встреч. Его сын хотел заняться сексом. Выбор был очевиден. А как можно заниматься сексом, когда мы все на грани войны? Не знаю. Амато — один из Четвёрки. У него нет моей власти и моих территорий, но он управляет важнейшими портами Италии. Мессина и Джоя-Тауро — лишь несколько примеров. Его прозвали Хароном, как перевозчика душ. Встреча с Амато была необходима. Я точно знаю, что его имя уже давно на слуху у важных персон в этой среде, и не по деловым причинам. Как и Руссо некоторое время назад, теперь он требовал объяснений. Он хотел понять, что происходит и почему от Нью-Йорка до Чикаго ходили слухи о готовящемся нападении. Успокоить Амато и заверить в моих намерениях было невероятно сложно, но я в этом хорош. Я заключил взаимовыгодную сделку, которая может привести к союзу, если у Микеле есть хоть какая-то дальновидность. Я знаю, Людовика упомянула имя Микеле своему отцу, и Анджела подтвердила это мне. Но вот что не могу понять: кто, чёрт возьми, хочет стравить нас друг с другом. Нет никого, у кого было бы достаточно огневой мощи, чтобы нас устранить, но всё говорит об обратном. Должен быть какой-то гений, замышляющий всё это в тени, тот, кто давно планировал каждый свой шаг. — Босс, сюда. — Один из моих людей светит фонариком на сарай чуть дальше. Я ругаюсь, ускоряя шаг. Сальваторе открывает деревянную дверь, дёргает за старую ржавую цепочку, включая голую лампочку, свисающую с кривого потолка. Я вхожу не дыша. Вито связан за запястья. Его рубашка задралась на поясе, голова безвольно упала на грудь. Кто-то предлагает мне стул, я сажусь, делая вид, что мне не больно. «Ты босс, а он твой подчинённый». — Посмотри на меня, — приказываю я. Достаю из пачки сигарету, постукиваю ею по колену, затем зажимаю между губами и прикуриваю. — Пошёл на х*й, — слышу шипение. Делаю глубокую затяжку, выдыхая дым в его сторону. «Никаких воспоминаний. Никакой связи». |