Книга Пламя греха, страница 125 – Лаура Пеллегрини

— И зачем? — спокойно спрашивает он, машина продолжает движение как ни в чём не бывало.

— Я сказала тебе остановиться, — повторяю я, но Вито ускоряется смеясь.

— Что с тобой сегодня, а? Это же я, а не кто-то незнакомый, — Вито пытается меня успокоить, но вечер мне совсем не доставляет удовольствия. Я вспоминаю, как мы ездили в Трапани за мороженым. Дамиано не знал. А потом, словно пощёчина, всплывает воспоминание, как Вито отвёз меня на виллу, и я узнала, что Дамиано мне изменил. У меня кружится голова, а дорога ускользает под колёсами машины.

— Вернись на виллу!

— Ты что, с ума сошла? Я не собираюсь слушать твою истерику. Замолчи, мы будем через пятнадцать минут, Дамиано скажет тебе, что делать, и, если повезёт, вернёшься домой.

Я стискиваю зубы, ладони потеют. Всё произойдёт не так, я уже знаю это, чувствую. Пытаюсь думать рационально и сосредоточиться на позитивных вещах, но безуспешно. Оставшийся путь я молчу, и когда мы подъезжаем к входу в клуб, я выхожу из машины на негнущихся ногах. Вито подходит ко мне, перекидывается парой слов с охраной на входе, и через мгновение мы внутри. В клубе очень многолюдно, кто-то танцует, кто-то разговаривает у бара. Меня ослепляют стробоскопы, музыка кружит голову, и на мгновение кажется, что я вернулась на десять лет назад.

Вилла, Дон Розарио, щель в стене. Дамиано голый с двумя женщинами.

Вито касается моей поясницы, и я вздрагиваю, словно от ожога. Не хочу, чтобы он прикасался ко мне, не хочу, чтобы смотрел на меня. Я вижу, как он наклоняется ближе, собираясь что-то сказать, поэтому подавляю раздражение и остаюсь неподвижной.

— Видишь ту дверь в конце? Дамиано там, он сказал проводить тебя, но войти тебе следует одной, — кричит мне в ухо сквозь мощь динамиков. Я не киваю, даже слова не говорю. Что-то не так, что-то не… — Иди! — Вито хватает меня за руку и проталкивается сквозь танцующую толпу. Когда мы доходим до двери, какой-то парень осматривает меня с ног до головы, прежде чем открыть дверь.

— Вперёд! Лулу, давай! — Я поворачиваюсь к двери и толкаю её. Я спотыкаюсь о собственные ноги и через мгновение оказываюсь внутри. Первое, что слышу, — стоны удовольствия, второе — ощущаю жар, третье — по пищеводу поднимается тошнота. В одно мгновение я понимаю, что это ловушка, поэтому резко оборачиваюсь, бью кулаками по двери, но дверь остаётся закрытой. Я плачу. У меня нет желания идти по коридору передо мной. Я не хочу ничего видеть. Не хочу ничего слышать. Я возвращаюсь на десять лет назад к той боли, тому ужасному ощущению, предательству. Ком гнева и тревоги застревает в горле, я чувствую, как сжимается желудок, опираюсь рукой о стену и вскоре блюю на пол. Глаза горят, сердце колотится, и как раз когда собираюсь сползти на пол, я слышу голос Дамиано. Я вытираю рот тыльной стороной ладони, прижимаю лоб к стене, крепко зажмурив глаза.

«Не смотри, иначе снова умрёшь».

Я дрожу, стиснув зубы, голос раздаётся всё ближе. Я не понимаю ни слова из того, что он говорит. У меня кружится голова, меня снова начинает трясти, я прижимаюсь к двери, через которую вошла.

Моя сумка на полу, из неё виден край телефона, на котором внезапно оживает экран. С затуманенным взглядом и дрожащими пальцами я поднимаю гаджет, снимаю блокировку и читаю ответ Дамиано.