Книга Полуночная экскурсия. Часть 1, страница 2 – Ричард Карл Лаймон

Что-то сильно ударило по двери, заставив ее подпрыгнуть.

Заставив Сэнди подпрыгнуть.

Эрик повернул голову и посмотрел на дверь.

— Прекратите! – закричала Сэнди.

Тишина.

Но звука удаляющихся шагов не последовало. Марлон Слейд по-прежнему стоял наверху лестницы перед дверью.

— Мы можем поговорить об этом завтра, – предложила Сэнди. – Я приеду в город, и…

— Нет, – сказал он, будто зная, что она лжет. – Давай поговорим сейчас. Я прошел от дороги до этого богом забытого… трейлера. И я никуда не уйду, пока мы не обсудим этот инцидент с глазу на глаз.

— Нет никакого инцидента.

— Ты отказываешься сниматься в моем фильме. Я не принимаю твой отказ. Это, юная леди, самый настоящий инцидент. И я хочу, чтобы мы обсудили его с тобой с глазу на глаз, как цивилизованные люди. Прошу тебя! Москиты здесь просто ужасны!

— Тогда уходи. Все очень просто.

— Послушай. Я дам тебе сотню долларов, если впустишь меня. Наличными. Ты получишь их вне зависимости от того, согласишься ли сниматься в «Ужасе» или нет. Что скажешь?

— Мне не нужны твои деньги. У меня все в порядке.

— Я удивлен, что мисс Кач тебе что-то платит.

— Я получаю щедрые чаевые.

— Не сомневаюсь. Ты очень красивая девушка.

Сердито посмотрев на дверь, она сказала:

— Я хороший экскурсовод.

— Пятьсот долларов. Я дам тебе пятьсот долларов наличными, если впустишь меня.

Это были большие деньги, слишком большие, чтобы отказываться от них без веской причины. Если все, что от нее требовалось, – это впустить его и выслушать его предложение…

Что я теряю?

— Ладно. Подожди минутку. Я сейчас вернусь.

Она поспешила по коридору в небольшую спальню Эрика. Перегнувшись через перила кроватки, она опустила его на матрас. Потом опустила крышку, навесила замок и заперла его.

— А теперь лежи тихо, мой милый, – прошептала она.

Выходя из комнаты, она задвинула за собой дверь.

— Я сейчас! – крикнула она и вбежала в свою комнату.

Бежевые шорты и рубашка, в которых она проводила экскурсии, так и валялись на кровати, куда она бросила их. Нижнее белье и носки уже отправились в корзину для грязного белья, но она так и не решила, что делать с формой – в ближайшие недели, а может, пару месяцев никаких экскурсий по Дому Зверя не будет, – поэтому она оставила одежду на кровати.

Схватив шорты, она наскоро натянула и застегнула их. Защелкнув ремень, она подхватила рубашку с кровати и помчалась по коридору. Торопясь, на ходу засунула руки в рукава. Добежав до двери, она обернулась и оглядела комнату, попутно застегивая пуговицы на рубашке.

За исключением старого смятого полотенца на диване, никаких признаков ребенка в доме не было.

Зато были следы присутствия отца Сэнди: пепельница на столе с лампой, открытая пачка сигарет «Кэмел», разбросанные повсюду номера журналов «Филд энд Стрим»^[1], «Америкэн Райфлмэн»^[2] и «Хаслер»^[3], начатая бутылка бурбона «Джим Бим» на столешнице. Все это было на виду.

Сэнди застегнула последнюю пуговицу и бросила полотенце за диван.

Еще раз оглядела помещение.

Пойдет.

Она подошла к двери, отперла ее и распахнула. Марлон Слейд шагнул внутрь. Она преградила ему путь.

— С тебя пятьсот баксов, – сказала она, протягивая руку.

— Ах да. Чуть не забыл. – Улыбаясь, но с обиженным видом он полез в задний карман своих брюк. Они были такого же бежевого цвета, что и форма Сэнди; концы штанин были заправлены в голенища черных кожаных сапог для верховой езды. На Марлоне была черная шелковая рубашка. Вокруг шеи повязан зеленый аскот^[4]. Сэнди решила, что он пытается выглядеть так, как, по его мнению, должен выглядеть кинорежиссер.