Книга Лунный камень, Когда опускается ночь, страница 83 – Уильям Уилки Коллинз

— Черт вас побери! – вскричал я. – Что-то стряслось с мисс Рейчел, а вы от меня скрываете!

Сержант Кафф перевел на меня глаза и даже не пошевелил рукой, ни один мускул не дрогнул на его скучающем лице. Стоял, прижатый к стене, и молчал.

— Ага, – сказал он, прервав молчание, – догадались наконец?

Я отпустил его воротник и уронил голову на грудь. В оправдание своего безрассудного поступка должен напомнить – этой семье я служил полвека. Ребенком мисс Рейчел не раз забиралась мне на колени и дергала меня за усы. Для меня мисс Рейчел при всех ее недостатках всегда была самой дорогой и прелестной юной госпожой, какая только бывает у старого любящего слуги. Я попросил у сержанта Каффа прощения, но, признаться, глаза у меня были на мокром месте, да и голос дрожал.

— Не сокрушайтесь, мистер Беттередж, – сказал сержант гораздо мягче, чем я мог бы от него в этой ситуации ожидать. – Если бы мы, при нашей профессии, были обидчивы, от нас было бы мало толку. Можете, если это доставит вам удовольствие, схватить меня за шиворот еще раз. Как это делается, вы не имеете ни малейшего представления, но, принимая во внимание ваши чувства, это простительно.

Кривая полуулыбка свидетельствовала о том, что своей репликой он остался доволен.

Я отвел его в свою комнатушку и закрыл за нами дверь.

— Скажите мне правду, сержант, – сказал я. – Кого вы подозреваете? Негоже сейчас скрывать это от меня.

— Я не подозреваю, – сказал сержант Кафф. – Я знаю.

Я почувствовал, что мой дурной нрав дает себя знать и я опять выхожу из себя.

— Уж не хотите ли вы сказать, что мисс Рейчел украла свой собственный брильянт?!

— Да, – сказал сержант, – именно это я и хочу вам сказать. Мисс Вериндер с самого начала прятала Лунный камень у себя и эту тайну доверила Розанне Спирмен, поскольку понимала, что подозревать в воровстве будут ее. Как видите, все проще простого. Можете опять, если так вам будет легче, схватить меня за шиворот, мистер Беттередж.

Нет, легче мне, клянусь Богом, не стало.

— Объясните, как вы пришли к такому выводу, – с трудом произнес я.

— Объясню, но завтра, – сказал сержант. – Если мисс Вериндер откажется отложить поездку к тетке (а вы увидите, что откажется), я буду вынужден завтра же изложить вашей госпоже во всех подробностях, как обстояло дело. Поскольку я не знаю, как миледи воспримет мои слова, попрошу вас присутствовать при нашем разговоре и выслушать обе стороны. Но это – завтра, сегодня же оставим все как есть. Нет, мистер Беттередж, больше вы от меня о Лунном камне не услышите сегодня ни слова. Стол накрыт, аппетит – одна из многих человеческих слабостей, к которым я всегда отношусь с пониманием. Пока вы будете звонить слугам, я прочту молитву: «Господи, Боже наш, благослови нам пищу и питие…»

— Желаю вам хорошего аппетита, сержант, – сказал я. – А вот у меня аппетит пропал. Я прослежу, чтобы вас накормили должным образом, а потом, с вашего позволения, уединюсь и постараюсь прийти в себя.

Я проследил, чтобы сержанта накормили досыта, и нисколько не расстроился бы, подавись он за ужином костью. В это время явился со своим еженедельным отчетом старший садовник, мистер Бегби, и сержант с энтузиазмом заговорил о розах и садовых дорожках, засаженных травой, а не посыпанных гравием. Я в этой беседе участия не принимал и вышел из комнаты. На душе у меня было тяжело, впервые за долгое время ни трубка, ни даже столь испытанное средство, как «Робинзон Крузо», были не в силах меня утешить.