Книга Лунный камень, Когда опускается ночь, страница 249 – Уильям Уилки Коллинз

— Чистая правда, – ответил я. – У меня нет ни малейшего сомнения в том, чтó завтра произойдет. Хотелось бы мне точно так же не сомневаться в том, что произойдет сегодня ночью.

В это время появился Беттередж с чайным прибором, и мы замолчали. Входя в гостиную, он со значением посмотрел на меня:

— Куй железо, пока горячо, мистер Дженнингс. Ваш противник наверху, и он вам не по зубам!

Мы вошли в гостиную вслед за дворецким. Субтильная, со вкусом одетая дама в летах вышивала, уютно устроившись в углу. При виде моего цыганского лица и пегих волос она выронила вышивку и тихонько вскрикнула.

— Миссис Мерридью, – сказала мисс Вериндер, – а это мистер Дженнингс.

— Прошу прощения, мистер Дженнингс, – сказала пожилая дама, глядя на мисс Вериндер и обращаясь ко мне. – Путешествие по железной дороге мне не по силам. Стараюсь привести свои нервы в порядок вышиванием. Уж не знаю, насколько мой досуг уместен в этом, совершенно выходящем из ряда случае. Если моя работа мешает мистеру Дженнингсу проводить медицинские опыты, я буду только рада ее отложить.

Я сказал, что ее работа мне нисколько не мешает, – согласился же я на днях, что в холле первого этажа не будет развалившегося чучела, а в коридоре будет стоять однокрылый Купидон. Миссис Мерридью сделала над собой усилие и из благодарности бросила взгляд на мою шевелюру. Но нет, это было выше ее сил!

— Если мистер Дженнингс не будет иметь ничего против, – продолжала пожилая дама, вновь обратив свой взгляд на мисс Вериндер, – хотела бы попросить его об одном одолжении. Мистер Дженнингс намерен провести свой научный эксперимент сегодня ночью, не правда ли? Так вот, еще учась в школе, я присутствовала при подобных опытах. Они непременно кончались взрывом. Не мог бы мистер Дженнингс оказать мне любезность и заблаговременно предупредить, когда ожидать взрыва на этот раз? Хотелось бы, чтобы взрыв, если только это возможно, произошел до того, как я отправлюсь на покой.

Я попытался заверить миссис Мерридью, что в программе вечера взрыв не предусмотрен.

— Нет? – искренне удивилась пожилая дама. – Я очень признательна мистеру Дженнингсу, ведь я прекрасно понимаю: он обманывает меня ради моего же блага. Но я предпочитаю, чтобы со мной были чистосердечны. Я вполне примирилась с мыслью о взрыве, но мне очень бы хотелось его услышать, прежде чем лечь спать.

Тут отворилась дверь, и миссис Мерридью вновь тихонько вскрикнула. Уж не взрыв ли грядет? Нет, всего-навсего – Беттередж.

— Прошу меня извинить, мистер Дженнингс, – сказал Беттередж с подчеркнутой учтивостью, – мистер Франклин желает знать, где вы. Скрывая от него, по вашему указанию, что моя юная госпожа находится в доме, я сказал ему, что не знаю. Что, позвольте заметить, является ложью. Поскольку одной ногой я стою в могиле, сэр, чем меньше вы будете требовать от меня подобной лжи, тем более я буду вам обязан, когда пробьет мой час и я почувствую укоры совести.

Размышлять об укорах совести Беттереджа было не ко времени. В любую минуту, разыскивая меня, в комнату мог войти мистер Блейк – вот почему, не теряя времени, я отправился к нему сам. Мисс Вериндер вышла в коридор вслед за мной.

— Они, кажется, сговорились испытывать ваше терпение, – сказала она. – Почему?

— Общество терпеть не может всего нового, вот и ставит палки в колеса. Хорошо еще, что по мелочи.