Книга Убийство. Дубль первый, страница 79 – Валерий Шарапов

Понимающе кивая, капитан рассматривал гиревика и удивлялся. Будь у того обычный цвет лица, он бы его вряд ли выделил из толпы. Получалось, цвет лица был главным и единственным отличием Арона Яковлевича. В остальном все среднестатистическое: средний рост, в меру удлиненное лицо, близко посаженные глаза, русые волосы зачесаны назад. Все как у всех. Кроме цвета лица.

— Может, просто поднялось давление? Вы же гипертоник. У вас раньше случались провалы в памяти… Кстати, гипертоникам не рекомендуют заниматься гиревым спортом. Вы в курсе? Сосуд может лопнуть.

Гейман взглянул на капитана исподлобья.

— Если у меня из-за подъема давления стерлась из памяти целая ночь, то дело пахнет инсультом. А насчет провалов, это вы в самую точку. Ничего подобного никогда со мной не случалось. Обычно я все помню от и до. Этот случай со мной впервые… Просто дикость какая-то!

Дозморову надоело постоянное курсирование краснолицего по одному и тому же маршруту, он просто взял того за плечи и усадил на ближайший стул.

— Давайте вспомним покадрово тот вечер. Итак, что давали на ужин?

— Как обычно, мясное суфле с пюрешкой, салат — непонятно что с чем, чай, на ночь кефир. Но кефир разливают в ужин, все берут стаканы и тащат с собой в номер…

— С ужином понятно, дальше что?

Неожиданно Гейман схватился за голову:

— Я, кажется, начал потихоньку вспоминать. В тот вечер ко мне подошел этот актер, которого… Ну вы понимаете. С какой-то просьбой очень важной.

— Понятно, — кивнул Илья. — Так, так, так… Продолжайте вспоминать.

— Так незаметно подошел. Кажется, он чего-то боялся… И попросил… Вспомнил! Отвезти его в ближайшее отделение милиции.

— Не сказал, зачем?

— Сказал, что у него есть очень важные сведения, что, кажется, готовится… да, да… преступление, и он должен предупредить. Только надо это сделать быстро, тихо и незаметно.

Капитан достал блокнот, что Гейману крайне не понравилось:

— Учтите, я говорю это вам в частной беседе. Ни под какой протокол я повторять не намерен.

— Хорошо. — Капитан спрятал блокнот в папку. — Не обращайте внимания.

— Так вот, мы поехали, но выехать из ограды не успели… Дальше я ничего не помню. А сегодня я получил такую странную записку. — Краснолицый начал щупать себя по карманам. — Где же она? Вот черт, неужели потерял?

— Не эта случайно? — Илья достал из папки находку уборщицы в полиэтиленовом пакете.

— Точно, она! Как она у вас появилась?

— Неважно! Значит, в ней речь идет о вашей машине?

— Так точно. Кто ее мог написать? Наверное, убийца?

— Скажите, ваша гирька, которая осталась в машине, она пудовая?

— Обижаете. — Красное лицо, как показалось Илье, покраснело еще больше. — Стану я с пудовой связываться! Двухпудовочка, классика, так сказать. А гирьку мою мог использовать тот, кто вздернул этого бездарного актеришку на импровизированной виселице!

— Каким же образом? — Капитан задал вопрос, чтобы не молчать. На самом деле было уже понятно, что Гейман до всего додумался самостоятельно. И додумался раньше их с Варчуком.

Выслушав версию Синьора Помидора, совпадающую на все сто с тем, о чем сам Дозморов недавно докладывал Варчуку, капитан изобразил аплодисменты:

— Поздравляю! Вам бы следователем работать, преступников искать!

— Более того, я, кажется, вычислил убийцу! Ну, того, кого вы ищете. Думаю, раньше вас!