Книга Тени Гонконга, страница 125 – Кристен Лэш

Он как будто бы мне не верит, но я снова беру его под руку.

На мгновение я испытываю ужасную надежду, что его проект никогда не будет закончен; что он умрет прежде, чем дело будет сделано. Нет, верить в марионеток очень соблазнительная мысль – со мной такое тоже бывало. Очень приятно двигать и дергать их, как тебе хочется, забавно смотреть, как хлопают их руки и двигаются тела. Но когда спектакль закончится, свет выключится и марионетки снова замрут в неподвижности, боюсь, Джордж поймет, что он опять, как и перед спектаклем, один в полночной темноте и у него не осталось ничего, кроме урока, который я выучила еще в детстве.

Одна жалкая комнатенка с близкими людьми лучше, чем сто комнат, в которых нет никого, кроме твоих сожалений.

— Но ты должна, – говорит Джордж. – Ты должна.

Джордж посылает своего шофера отвезти меня домой. Он говорит, что задержится еще на несколько часов, чтобы осмотреть рынок, и отмахивается от моих возражений. Расстаемся мы как-то внезапно; кажется, что по-настоящему мы попрощались много лет назад. Шофер – молодой человек с низко надвинутой на лицо фуражкой, я вижу только его твердый подбородок. Он едет вдоль реки – если б выбрал более долгую дорогу, путь был бы не таким напряженным, такое тут бурное движение. Молчание в машине кажется неловким, и он, наверное, тоже это ощущает, потому что вдруг подает голос.

— Ему уже несколько лет становится все хуже, – говорит шофер. – И это с ним не от возраста и не от болезни. Врачи просто не понимают, что происходит.

Я не хочу обсуждать Джорджа с незнакомцем. И плакать перед незнакомцем я тоже не хочу.

— Его жена старается как может, но все без толку.

— Она хорошо с ним обращается? – напряженно интересуюсь я.

— Да, хорошо.

Наши глаза встречаются в его зеркале меньше чем на полсекунды, потом он отводит взгляд.

— Если хотите знать, она бы могла себе кого и получше найти, – говорит шофер как ни в чем не бывало.

Кто вообще говорит такие вещи о своих работодателях?

Я сжимаю зубы, чтобы не ответить резко.

— Я вас обидел? – спрашивает шофер.

— Мистер Мэйденхэйр – хороший человек.

— Как скажете, – говорит шофер. – Я не очень-то хорошо его знаю. А если учесть то, в каком он сейчас состоянии, вряд ли и узнаю. – И он бесцветно улыбается мне в зеркале. Я не улыбаюсь в ответ.

Я и в зеркала-то не люблю смотреть.

Джордж, которого я знала, не держал шофера. Ему не нравилось иметь слишком много слуг, слишком много людей, которые вокруг него суетятся, хотя он мог бы себе позволить нанять целую толпу. Обходился экономкой и шутил, что если на ком и женится, то на ней.

Но Джорджу, которого я встретила на рынке, шофер нужен. Ему нельзя садиться за руль.

— Вы очень хорошенькая, – говорит шофер. – Его жене лучше быть поосторожнее.

— Вы очень бестактны.

— Я реалист. Вам сколько, восемнадцать? Судя по акценту, вы местная, а судя по вашей одежде и тому, куда мы едем, – бедная. Тут даже гадать нечего – вы пытаетесь использовать богача, который уже не совсем в себе. Классический случай.

Какой кошмарный человек. Какой кошмарный разговор.

Автомобиль резко останавливается, и именно в этот момент перед нами выезжает целая стая велосипедов.

— Вы прекрасно вычислили мои мотивы, – говорю я, поворачивая ручку двери. Одной ногой я уже на тротуаре. Глаза мои наполняются слезами, и он, наверное, чувствует это по моему голосу, потому что бросает на меня быстрый удивленный взгляд. – Буду держаться подальше от него и его жены. Всего хорошего.