Онлайн книга «Осень со вкусом кофе. Коллекция уютных историй»
|
На другой стороне улицы была стена из кирпича, мощная, почти оборонительная, и в ней – тяжёлая деревянная дверь с табличкой «Злая собака». Собака там и впрямь была злой… вот только очень маленькой, редкой породы пражский крысарик и старенькой уже. Гостей она не любила и сердито рычала на них – исключительно со своей бархатной подушки. А в следующем доме жила коза Ангелина Петровна. Она тоже с неприязнью относилась ко всем посторонним и мимопроходящим, но не бодалась, только злобно смотрела. А следующий дом летом сдавался приезжим… И ни в одном из них не было рыжих девочек… бывших девочек, а ныне взрослых тёть, которых могли бы звать Тыковкой. Подышав немного на четыре счёта для дополнительной храбрости, Ива направилась к дому номер семнадцать. Рассказами старушки он был не охвачен и сохранил ауру таинственности. Забор выглядел гостеприимно – из блестящей рабицы, так густо увитый лимонником, что просветов не осталось. К калитке был подведён звонок; за ней виднелась мощёная дорожка, по обеим сторонам которой росли молоденькие туи – невысокие, в человеческий рост, и очень пушистые. Она резко заворачивала, так что от входа получилось бы увидеть разве что кусок идеальной зелёной лужайки и какую-то хозяйственную пристройку, то ли гараж, то ли сарай. — Ну, смелее, – подбодрила себя Ива и потянулась к звонку. Но нажать на кнопку не успела, потому что раздался вдруг ясный детский голос: — Тётя, ты к кому пришла? За калиткой – за решёткой – стоял ребёнок, мальчик лет пяти-шести в перепачканном спортивном костюме и ярко-жёлтых резиновых сапогах. У него были встрёпанные тёмные волосы и такая улыбка, что Ива невольно заулыбалась в ответ. — Я ищу Тыковку, – ответила она и показала письмо. – Она жила на этой улице давно-давно и… Но договорить не успела. Мальчик моргнул, сморщил лицо и заревел. А потом, прежде чем Ива хотя бы попыталась что-то исправить, убежал. Накатила паника. «Я его напугала? Сделала что-то не то? Меня теперь арестуют?» Померещилась даже полицейская сирена вдали. Воображение нарисовало чудовищную картину: машина с мигалкой останавливается прямо напротив калитки, оттуда выходят два строгих и печальных офицера в форме и говорят что-то вроде: «Гражданочка, вы что тут натворили?» — …Ты тут что устроила? Окрик заставил Иву отшатнуться; она по-дурацки запуталась в собственных ногах и плюхнулась на землю. Не столько больно, сколько обидно… но на глазах выступили слёзы, и мир вокруг стал мутным, смазанным. «Ну вот, – со стыдом подумала она. – Я ведь взрослая уже». — О нет, – обречённо произнесли рядом. – Только не ещё один рыдающий ребёнок. Я не выдержу и рехнусь. Давай, давай поднимайся. Рассказывай, что случилось. Уверена, что произошло недоразумение, но хотелось бы знать, какое именно. Ива моргнула раз, другой и наконец увидела невысокую, пухлую и очень сердитую женщину с мелкими чёрными кудрями и мощным орлиным носом. У таких людей обычно без проблем получается зрелищно разгневаться или одним взглядом обратить хулиганов в бегство. Но утешение плачущих и ободрение отчаявшихся им не даётся, наоборот, частенько производит эффект, противоположный задуманному… Вот и сейчас Ива не сразу поняла, что её не собираются ругать или сдавать в полицию. Но, чуть пообщавшись, успокоилась и внятно рассказала, зачем пришла; женщина же тяжко вздохнула, и лицо у неё стало задумчивым. |