Книга Я спасла злодея, но его отец сошел с ума от ревности, страница 35 – Элайра Вэлморн

Я подавила тяжелый вздох и спустилась по обледенелым ступеням. Мои ноги гудели от усталости, а плечи ныли от напряжения, но я мечтала лишь об одном — поскорее оказаться в своих покоях.

Но стоило мне ступить на деревянную галерею главного павильона, как мне навстречу метнулась крошечная фигурка.

— Матушка!

До-Юн вырвался из рук перепуганной новой няни и со всех ног бросился ко мне. Он бежал так быстро, что едва не запутался в полах своего синего халатика.

Я мгновенно опустилась на колени прямо на холодные доски галереи, ловя его в свои объятия. Мальчик с силой врезался в меня, обхватывая за шею своими тонкими ручками. Он дрожал.

— Что случилось, мой хороший? Почему ты не в постели? — я крепко прижала его к себе, зарываясь носом в его темные волосы. От него пахло теплым молоком и домом.

— До нас дошли вести... стража сказала, что на вас напали в ущелье, — его голос срывался, он говорил быстро, глотая слова. — Я так испугался. Думал, что вы не вернетесь. Что те злые люди... что они забрали вас!

Мое сердце сжалось от острой, щемящей боли. Этот ребенок, который еще недавно ждал от мира только предательства и жестокости, теперь дрожал от страха потерять меня.

— Ш-ш-ш, все хорошо, — я начала нежно гладить его по спине, успокаивая. — Разве я не обещала тебе, что всегда буду возвращаться? Злые люди не смогли нас остановить. Твой отец, Великий Лорд, был там. Он защитил меня.

Услышав об отце, До-Юн слегка отстранился, заглядывая мне в лицо своими огромными, полными слез серыми глазами. Убедившись, что на мне нет ни царапины, мальчик шумно, с облегчением выдохнул и снова прижался ко мне.

— Пойдем внутрь, — я поднялась, взяв его за руку. — Ты совсем замерз.

В моих покоях было тепло и тихо. Жаровня потрескивала, распространяя аромат сушеной цедры и хвои. Я отослала служанок, позволив им лишь переодеть меня в домашние одежды из белого шелка.

Мы с До-Юном устроились на теплом полу, на толстых коврах. Я усадила мальчика спиной к себе и взяла в руки гребень из персикового дерева. Медленно, прядь за прядью, я начала расчесывать его густые, темные волосы, втирая в них каплю ароматного масла камелии.

Это был наш вечерний ритуал. Время абсолютного доверия и покоя. Движения гребня были плавными и размеренными, они действовали на До-Юна усыпляюще. Напряженные плечи мальчика постепенно опустились, дыхание выровнялось.

— В храме Белого Тигра было очень красиво, — тихо, полушепотом рассказывала я, чтобы не нарушать эту хрупкую идиллию. — Там статуи огромных кошек, высеченные из белого мрамора, смотрят прямо в долину, охраняя покой людей. А монахи поют песни, похожие на шум горного ветра.

До-Юн слушал, затаив дыхание.

— Я привезла тебе кое-что, — я отложила гребень и потянулась к широкому рукаву своего халата.

Мои пальцы нащупали небольшую шелковую коробочку. Открыв ее, я достала талисман. Это была искусно вырезанная фигурка белого тигра из редкого лунного нефрита, прохладного на ощупь и светящегося изнутри мягким, жемчужным светом. Талисман был прикреплен к прочному плетеному шнурку красного цвета — цвета защиты и жизненной силы.

— Что это? — мальчик обернулся, его глаза расширились от изумления. Он никогда в жизни не получал подарков. Прежняя А-Рин считала расточительством тратить даже медную монету на "проклятое отродье".