Книга Лучше не верить, страница 123 – Виктория Шмелева

Если здесь и вправду схрон, его надо разорить. Но не взрывать же? Позвонить в полицию, чтобы они сами по ордеру вскрыли? Вот только они, скорее всего, не поверят и решат, что Виктор – очередной городской сумасшедший. Еще и в дурку упекут. Может, попросить помощи у Терентия? Но где гарантия, что Корзинников со своими бандюками не устроит разборки прямо на кладбище? Пыжа надо предупредить на всякий случай, хотя тоже неясно, как убедить его, что все правда. Ведь информация про схрон непроверенная, и одних слов Лесновского тут недостаточно. Тем более наш уважаемый директор объединения, случись неприятность, может запросто от своих слов отказаться. Что же делать?

Виктор постоял возле памятника Корзинникову, обошел кругом и вернулся на аллею. Гранитный Тимон следил за ним слепыми зенками и ехидно лыбился. Вот же образина! Так и вмазал бы ему по полированной роже – да толку? В голове снова зазвучала песенка про беса. Высокий детский голос, словно солист в хоре, старательно выводил мелодию и тянул слова, четко произнося каждый звук. И в этот раз начал с первого куплета, словно на кладбище кто-то включил детскую радиопередачу. А если не вслушиваться в слова, то вообще напоминает пионерскую песню. Витька снова принялся тихонько подпевать, чувствуя себя полным идиотом.

Ветер сделался холоднее, озябли пальцы. Виктор сунул руки в карманы, но крест мешал, и пришлось его достать. На ощупь он оказался неожиданно теплым, словно до этого лежал на батарее. Витька взял его в обе ладони и немного согрелся. Хватит тупить! Нужно все как следует обдумать и вернуться с четким планом действий. Не бомжевать же здесь, выслеживая Корзинникова?

— Здорово, молоде-ожь! – раздалось откуда-то справа.

Виктор повернул голову и увидел местную почтальоншу Марфу. Как ее по отчеству? Он всякий раз забывал. Кажется, Васильевна.

— Здравствуйте, Марфа Васильевна! – Виктор осторожно переложил крест в правую руку и спрятал за спину. – Какими судьбами?

Щекастая румяная тетка всегда одевалась броско и несуразно. Сегодня на ней были розовая панама, темные рейтузы и длинная алая кофта. В вырезе просматривалась молния олимпийки. Сама изысканность! Витьке, несмотря на тяжкие раздумья, сделалось смешно.

— А я за травами, милок, за травами ходила, – почтальонша кивнула на видавшую виды корзинку, прикрытую старым вафельным полотенцем. – Ну и грибочков еще прихватила. Тут мно-о-ого грибочков-то. А ты что же, навестить кого пришел?

Что бы такое соврать? Эх, надо было получше подготовиться, товарищ разведчик! Пока Витька соображал, что ответить, Марфа вдруг остановилась в паре метров от него и наклонила голову, будто прислушиваясь. А потом скроила болезненную гримасу, будто у нее внезапно и резко прихватило живот.

— Что с вами, Марфа Васильевна? Вам плохо?

Виктор шагнул почтальонше навстречу. Та присела, будто для прыжка, а потом внезапно развернулась и довольно резво рванула по аллее туда, откуда пришла. По пути выронила корзинку, и оттуда, подпрыгнув на асфальте, вылетел пухлый потертый кошелек из красной кожи. Если у Марфы что-то пропадет и она сочтет виноватым Виктора, не видать ему спокойной жизни. Почтальонша не оглядываясь бежала по аллее, а полы кофты развевались по ветру, словно драконьи крылья. Панамку тетка со всего размаху закинула в кювет, словно желая попасть в невидимого врага.