Онлайн книга «Усадьба Сфинкса»
|
— Я понимаю, – сказала Алина. Кравченко немного смягчился. — Если вы спросите меня, почему начиная с 2003-го года, когда все повторилось, следствие по делу Сфинкса не возобновили, то я не знаю. Мне сразу после суда над Швецом предложили перейти на административную должность в Прокуратуре, возглавить один из отделов кадрового управления, и я согласился. Звание выше, оклад больше и работа не в пример спокойнее, а мне ведь было уже далеко за сорок. Игорь уволился из органов, ушел на пенсию, как только выслуга наступила, в сорок пять лет. Но мы оставались в курсе дел, и когда узнали про семнадцатилетнюю девушку, якобы покончившую с собой, обмотав голову пленкой и обвязав запястья под коленями строительной стяжкой, у которой из бедра был выхвачен кусок плоти, то это стало как будто жутким посланием, потусторонним приветом для нас лично. Особенно когда все повторилось и снова, и снова. Игорь от этого запил: с женой он развелся, дети разъехались кто куда и не навещали; он почти перестал выходить из дома, страшно растолстел и, когда я в последний раз видел его, практически врос в кресло с пепельницей на одном подлокотнике и стаканом коньяка на другом. В том кресле его потом и нашли мертвым. Это случилось в 2011-м, а в 2013-м я, хоть и давал себе слово больше не интересоваться этим делом, опять узнал про задушенных девушек со следами укуса. Пять лет назад я подумал было, что все закончилось, но если вы говорите, что Сфинкс вернулся… Нет, немыслимо. Ему должно быть лет сто, если не больше. — Есть гипотеза, что это может быть подражатель, – предположила Алина. — Сложно сказать, – отозвался Кравченко. – Подражают обычно хорошо известным преступникам, а дело Сфинкса до сих пор засекречено и недоступно без специального допуска. Я думал о том, что он не один; что это несколько психопатов с каким-то странным видом перверсии, которая заставляет поступать их именно таким образом, некая новая порода сумасшедших убийц: бывают же сходства, иногда поразительные, в повадках маньяков со схожим расстройством психики. Хотя в последнее время я вообще предпочитаю об этом не думать. И, если уж говорить начистоту, вам тоже на эту тему размышлять не советую. Во всем, что связано со Сфинксом, чувствуется присутствие чего-то, с чем мне за несколько десятилетий работы в розыске и следствии сталкиваться не приходилось, а я, поверьте, повидал такого, что большинству не являлось даже в кошмарах. — Спасибо, – отозвалась Алина. – Я это учту. Она собралась уходить. — Уже покидаете нас? – расстроенно спросила Аглая Романовна, выглянув в коридор из кухни, где что-то негромко шкворчало. – А я думала, пообедать останетесь. У нас редко бывают гости, сын с внуками если раз в месяц заедет, и то хорошо. — Молодость, молодость! – Кравченко снова стал похож на бодрого, жизнерадостного дедушку. – Все торопятся, всё хочется успеть! Он помог Алине одеться. Она взяла сумочку и вдруг вспомнила: — Кстати, откуда взялось прозвище Сфинкс? — Это не я, – ответил Кравченко. – Это один мой приятель придумал, Витя Адамов, мы некоторое время в Главке служили вместе. Он во втором отделе работал, ловил разбойников и грабителей, вел, кстати, довольно известное дело «вежливых людей», не слышали о таком? Нет? Витя вообще был всегда парень интересный, с большим кругозором, хотя и со странностями: иногда, например, мог вдруг встать и чертыхаться начать, глядя куда-то перед собой. Между прочим, он женился на Леночке Смерть… то есть, простите, на Сидоровой Елене, которая, к слову, несколько лет работала с Левиным и была с ним очень дружна, говорили едва ли не про роман… |