Книга Метафора, страница 234 – Константин Образцов

— Что же, все получилось, — подытожил, вставая, Шеф. — Заодно стало понятно, что экстравагантная Алина Сергеевна хотя и скрывает какой-то личный интерес, но от промышленного шпионажа далека — в отличие от того, кто сообщил нашим зарубежным партнерам о том, что самый компетентный из основателей Метафоры бродяжничает в Старом городе…

На этот раз леди Вивиен оделась как истинная петербурженка, переехавшая сюда из провинции три года назад: на ней было похожее на балахон пальто мышиной расцветки, тяжелые боты, толстый свитер, огромный шарф, шопер с петербургским принтом и нелепый чепец с завязками.

— Что за маскарад? — поинтересовалась Алина.

— У меня накопились кое-какие дела в вашем городе, и порой приходится соответствовать случаю. — Леди стащила чепец и бросила его на стол. — Но вы правы, это уже слишком.

Алина рассказала о необъяснимых обстоятельствах, которые привели к смерти одного из участников делегации. Никто не сообщал об этом другим гостям, не давал комментариев, и все словно приняли как должное то, что отбыли назад, оставив на Острове одного человека.

— Насколько мне известно, в Метафоре уверены, что это был шпион, — сообщила леди Вивиен, сделала глоток горячего кофе и зажмурилась от удовольствия. В двадцатых числах октября резко похолодало, осень катилась к промозглому бессветному сумраку ноября, в городе дули ледяные ветра, так что ушки и кончик носа у леди заметно порозовели.

— Ему изменили код на защитном стикере и навели полицейских при помощи сгенерированных видеозаписей. По словам моего информатора, целью лазутчика был некий Аркадий Вайсберг, партнер Шафаревского и сооснователь Метафоры, который, то ли повредившись рассудком, то ли по каким-то иным причинам скрывается в образе древнего старика… — леди покачала головой. — Мне казалось, что за семь веков я уже утратила способность чему-либо удивляться, но этот Остров представляется мне очень, очень необычным местом.

— О да, — сказала Алина, вспомнив про седобородого старца в «Последнем причале».

— Ситуация становится крайне рискованной, — сказала леди. — Я не хочу подвергать вас чрезмерной опасности, но мой источник утверждает, что окно возможностей скоро закроется. Да, его постоянное умолчание о существенно важных фактах не располагает к доверию, но иного у меня нет. Сейчас он указывает на контакт с Аркадием Вайсбергом, владеющим всеми ключевыми кодами Метафоры, как на единственную возможность вытащить Гронского. Впрочем, решать вам.

— Я хочу продолжить, — без колебаний сказала Алина.

В этот момент она не думала и не вспоминала о Гронском: ей очень хотелось еще раз увидеться с Гедеоном или с Матвеем… да, наверное, лучше с Матвеем, и снова ощутить потустороннее очарование Острова. Ээя, по словам Шефа, место, где каждый становится тем, кто он есть, или страна лотофагов, как выразился Матвей, где забывают родные места и откуда не хотят возвращаться.

За два дня до того, как из гавани Ветрогорска к Острову вновь должен был отчалить буксир, раздался звонок.

— Алина? Здравствуйте, это Кардинал, помните такого? У меня просьба: не могли бы вы заехать ко мне на днях?..

С их последней встречи прошло уже много лет, но Алина не забыла ни ее, ни тем более свой первый визит в дом на Петроградском острове: ее вез тогда Гронский, она ехала смертельно напуганной, с разбитой губой, а у нее дома специально подготовленная бригада убирала трупы, стирала кровь и маскировала пулевые пробоины в стенах и мебели. С тех пор минуло немало времени; Гронский разорвал отношения с Кардиналом; Алина обращалась к нему за помощью еще один раз, с тех пор они не встречались — и вот неожиданный и тревожный звонок.