Книга В группе риска, страница 63 – Стелла Римингтон

— А от них – в руки оружейников моджахедов… Да, я понимаю, к чему вы клоните. – Уэзерби уныло посмотрел в окно. Казалось, он прислушивается к неровному шуму дождя. – Что-нибудь еще?

— К сожалению, да, – сказала Лиз. – Сегодня, придя на работу, я нашла на столе «пятизвездочное» сообщение от Марципана.

— Продолжайте.

— Его сотрудники читают какую-то онлайн-рассылку на арабском языке. Он считает, что рассылка написана бойцами ИТС в Саудовской Аравии – возможно, приближенными аль-Сафы, – которые планируют какую-то операцию против Запада. Сам Марципан ее не видел – рассылка зашифрована, – но те, кто ее читали, похоже, уверены: что-то произойдет здесь, в Великобритании. Некое символическое событие. Понятия не имею, что, когда и где, но в общем, сообщают, что «прибыл человек, чье имя – Божья Кара».

Какое-то время Уэзерби молчал.

— Уверены ли мы в том, что ИТС готовит операцию здесь? – осторожно спросил он. – Речь не идет о какой-то демонстрации со сжиганием флагов или о приезде нового имама?

— Марципан сказал, что его сотрудники как будто ни в чем не сомневаются. Они считают, что рассылка свидетельствует о неминуемом нападении.

Уэзерби на долю секунды прищурился.

— И вы считаете, что человеком, о котором они говорят, может оказаться владелец пистолета с глушителем из Норфолка.

Лиз не ответила. Поставив карандаш в банку «Фортнум и Мейсон», Уэзерби выдвинул нижний ящик стола. Открыв его, достал бутылку виски «Лафройг» и два бокала; разлил понемногу. Придвинув один бокал Лиз и подняв руку, чтобы она оставалась на месте, он поднял трубку одного из телефонов и набрал номер.

Лиз поняла, что он звонит жене.

— Как все прошло сегодня? – негромко спросил Уэзерби. – Плохо тебе?

Ответ занял некоторое время. Лиз сосредоточилась на дымном вкусе виски, на шуме дождя за окном, на постукивании в радиаторах отопления – на всем, кроме телефонного разговора совсем рядом.

— Мне придется задержаться, – говорил Уэзерби. – Да. К сожалению, у нас кризис, и… Нет, я бы не стал так поступать, если бы это не было абсолютно неизбежно, я ведь знаю, какой жуткий у тебя выдался день… Позвоню, как только сяду в машину. Нет, не жди меня, ложись.

Положив трубку, он отпил большой глоток виски и повернул к Лиз одну из фотографий. Женщина, в полосатой бело-синей футболке, похожей на тельняшку, сидела за столиком в кафе и держала в руках кофейную чашку. У нее были темные волосы и хрупкое точеное лицо; она смотрела в камеру, удивленно склонив голову.

Однако больше всего Лиз поразил цвет лица женщины. Хотя ей не могло быть больше тридцати пяти лет, кожа у нее была цвета слоновой кости, такая бледная и бескровная, что казалась почти прозрачной. Сначала Лиз подумала, что произошла какая-то ошибка при проявке снимка, но, посмотрев на других посетителей кафе, она поняла, что цветовая гамма более или менее правильна.

— Это называется красноклеточная аплазия, – тихо проговорил Уэзерби. – Заболевание костного мозга. Ей каждый месяц приходится ездить в больницу для переливания крови.

— Она сегодня ездила в больницу?

— Да, сегодня утром.

— Простите, – сказала Лиз. Ее маленькая победа в опознании ПСС казалась теперь какой-то детской. Она пожала плечами. – Простите, что я принесла новость, которая держит вас здесь.