Книга В группе риска, страница 162 – Стелла Римингтон

— Око за око.

— Ну да, все такое.

— И тут на сцену выходит Д’Обиньи.

— И тут на сцену выходит Д’Обиньи. Где-то в Париже примерно в то же время ее кураторам становится известно, что она располагает важными сведениями: она знает, где находится частная резиденция командира авиабазы Марвелл. Происходит обмен сообщениями, и планировщики ИТС понимают, что можно одним выстрелом убить нескольких символических зайцев. Такой удачной возможности нельзя упускать.

Лиз покачала головой.

— Судя по тому, как Мансур вел себя в конце, я бы сказала, что для него дело было почти целиком личным. Когда он увидел, что устранить семью Делвз более не представляется возможным, он просто сдался. Он был вооружен и без труда мог бы вывести из строя по крайней мере одного спецназовца, но к тому времени… – Она пожала плечами. – По-моему, он не видел смысла в причинении дальнейшего ущерба. Вероятно, он даже не питал к Западу особой ненависти.

— Скорее всего, вы правы. – Уэзерби пожал плечами.

Лиз нахмурилась.

— Скажите вот что. Если наши сведения о Пакистане поступали к нам через «шестерку», а они нарочно утаивали сведения о Мансуре, как вы выяснили, что американцы убили его близких?

Уэзерби криво улыбнулся:

— Как вам известно, главный офицер связи «шестерки» в Пакистане служит в Межведомственной разведке, которая подчиняется Министерству обороны. «Шестерка» гораздо реже общается с представителями Бюро разведки, которое подчиняется Министерству внутренних дел; два ведомства взаимодействуют, мягко говоря, не лучшим образом.

— А у вас есть друзья в Бюро разведки? – предположила Лиз.

— Да, я поддерживаю отношения с несколькими их представителями. С ними, если нужно, я могу поговорить напрямую. Я сообщил им имя Фараджа Мансура, и в их базе данных нашелся предполагаемый террорист, чьего отца и невесту убили в Дарандже. Однако они не знали, а я не стал упоминать о том, что раньше Мансур был британским агентом.

— Так почему… почему же!– Фейн и Маккей ничего нам не говорили?! То есть… Ведь мы бы все поняли, да? Мы бы хранили молчание?

— Все дело в обмене информацией, – ответил Уэзерби. – По мнению Фейна, они обязаны рассказывать всё всем – включая американцев – или никому. В данном случае они пришли к выводу, что лучше не говорить никому.

— Почему?

— А если бы Мансур добился успеха? Например, взорвал лондонский ночной клуб или причинил серьезный ущерб какому-нибудь крупному оборонному предприятию? Многочисленные жертвы, а потом весь мир узнает, что террорист – бывший агент MI-6. Ущерб был бы колоссальный.

— А если бы он причинил ущерб американцам и их предприятиям?

— Вот именно. О таком даже подумать нельзя. Гораздо лучше помалкивать, позволить нам найти его, а потом устранить до того, как он заговорит.

— Простите меня. – Лиз покачала головой. – Я понимаю, тут замешана политика, но по-прежнему считаю, что произошедшее вчера ночью не имеет оправданий. Это было убийство, самое обыкновенное убийство. Никакой гранаты у него не было. Он стоял, подняв руки.

— Лиз, к сожалению, это все теория. Мансур и Д’Обиньи убили нескольких невинных людей, а теперь они сами мертвы. Что касается действий САС, будет следствие, но о его выводах можете догадаться заранее.

Лиз снова покачала головой. Казалось, что серое небо за высокими окнами столовой испещрено кровавыми потеками. Вошла группа молодых военных, мужчин и женщин; они без любопытства огляделись по сторонам и вышли.

Лиз какое-то время смотрела на пустую кофейную чашку.

— Мы проиграли, да?

Уэзерби, подавшись вперед, взял ее руки в свои ладони.

— Лиз, мы победили. Вы спасли жизнь целой семьи. Никто не мог бы сделать больше.

— Мы всегда находились на шаг позади. Я пыталась предугадать действия Д’Обиньи, но не смогла. Не получилось залезть к ней в голову.

— Ближе вас никто не мог бы к ней подобраться.

— В тот миг, когда оборвалась ее жизнь, мы находились лицом к лицу. По-моему, она даже что-то мне говорила… но я не расслышала, что именно.

Уэзерби молчал. Он не выпускал ее руки, и она не пыталась их высвободить.

— Что нам теперь делать? – спросила наконец Лиз.

— Давайте попросим кого-нибудь доставить нас в Суонли-Хит и возьмем вашу машину. А потом я отвезу вас назад в Лондон.

— Хорошо, – сказала Лиз.