Книга Неженка в строю, страница 31 – Валерия Чернованова

Библиотека оказалась куда больше, чем показалось с порога. Длинные ряды высоких стеллажей тянулись вглубь зала, разделённые на секции. Над каждым проходом висели таблички с выцветшими надписями: «Боевая магия», «Тактика и построения», «История Империи», «Целительство», «Зельеварение». Чуть дальше виднелся раздел с более редкими и, судя по ярким корешкам, куда реже используемыми книгами — «Артефакторика и чароплетение».

Попадались и совсем неожиданные для меня секции: «Следопытство», «Выживание в полевых условиях», «Основы допроса и разведки». Академия готовила не только бойцов — здесь учили выживать, лечить, выслеживать и… ломать.

У дальней стены стояли массивные столы, за которыми уже сидели несколько кадетов: кто-то читал, кто-то что-то старательно переписывал. Здесь было тихо. Непривычно тихо после шумных коридоров замка.

Я замедлила шаг и впервые за весь день смогла хоть немного выдохнуть.

Взяв первую попавшуюся книгу, устроилась за дальним столом у окна. Что тут у нас? «Основы магии и классификация даров». Знаем, проходили. Много лет назад, но учитель нас тогда хорошо погонял по такого рода учебникам. Некоторые абзацы намертво врезались в память, и, будь я здесь по своей воле, на «Основах магии» блистала бы.

Но я здесь не по своей воле и блистать нигде не собираюсь.

В нашем мире дар может пробудиться у кого угодно, будь то наследник лорда или сын, а может, дочь садовника. Это я про обычную магию, благодаря которой сюда и загремело большинство, если не все кадеты.

Стихийники, способные призвать огонь или, например, управлять водой. Боевые маги — те, кто превращает силу в щиты и удары. Целители, вытягивающие боль и латающие раны. Или вот чувствующие. Эти будут поинтереснее... Они находили магию, как гончие след, и могли отличить один дар от другого. Наверняка тот мэтр в зале суда как раз и был из чувствующих, и явно не первого уровня.

Или вот теневики — тоже интересная способность. Бесшумные, словно тени, а порой и вовсе невидимые. Таким самое место в разведке.

Существовали также и другие виды магии. Редкие. Родовые. Такая сила считалась не даром случая, а наследием крови.

Огнекровные — хозяева драконов. Укротители стихий, куда более могущественные, чем просто рядовые стихийники.

Чароплёты — те, кто вплетает магию в камни или другие предметы. Редкий дар. Можно сказать — бесценный.

Кто ещё?

Провидцы, способные видеть вероятности, фрагменты возможного будущего. Таких вообще единицы. Просто потому, что долго не живут. Сходят с ума от того, что видят, и благополучно прощаются с этим миром. Чаще — по своей воле. Иногда — по очень настойчивому приказу свыше.

Печатники — та ещё пакость. Одни — те, что послабее — способны запереть чужую силу на короткое время. Более могущественные — на месяцы, а то и годы.

Но больше всех маги страшились диссонантов или, как их ещё по-простому называли, — пожирателей магии. Такие и вовсе способны выжечь дар и одним щелчком пальцев «сломать» артефакт. Если, конечно, хватит силы…

Уровни — это вообще отдельная история. Неважно, кто ты — стихийник, целитель или чувствующий. Важно, сколько в тебе силы и насколько ты способен её контролировать.

Всего выделяли пять уровней.

Начальный — почти пустышки, у которых магия едва теплилась. Слабая, нестабильная сила, которой едва хватало на простейшие действия.