Книга Слепая. Бывшая хозяйка старого поместья, страница 46 – Дия Семина

— Так, то столица, а здесь провинция, мы все люди простые, и дела у нас обычные, житейские. Думаю, что к вам скоро потянутся все свободные девицы, это как обряд, понимаете. Обряд посвящения в местное сообщество. И вас будут стремиться оженить, а вы не сдавайтесь сразу. Да что я вам говорю, у вас есть прекрасная Елизавета Васильевна, вряд ли у какой-нибудь девицы из местных хватит шансов превзойти в привлекательности вашу подопечную. Да, я вам завидую. Не сочтите за грубость. А, может быть, приедете к нам? А потом все вместе в поместье Макаровых. Там, кстати, есть очень сильный доктор медицины. Приезжайте, окажите такую милость.

— Непременно, как только убедимся, что Лизавете Васильевне стало легче.

— Насколько я успел заметить, она вполне здорова, если не считать того неприятного момента со зрением.

Сумской загнал Дмитрия Назаровича в угол, отказывать некрасиво, и соглашаться не хочется, с таким упорством у Максима Николаевича не заржавеет и предложение сделать слепой красавице…

— Только из-за того, что в санатории Макаровых есть хороший доктор, я соглашаюсь. Допустим, в это воскресенье, будет ли вам удобно?

— Не беспокойтесь об удобствах, наш дом всегда открыт для гостей, также и у Макаровых. Чудесные люди, он бывший городничий…

Это был второй раз, когда ссыльный преступник, чуть было не подавился, но просто отставил чашку и решил более не рисковать.

С улицы донёсся победный вопль петуха, и мужчины встрепенулись.

— Елизавета Васильевна вернулась? — не сумев сдержаться, Сумской расплылся в улыбке.

— Вернулась, — обречённо выдохнул Дмитрий Назарович.

— Для первого визита, я слишком засиделся у вас, ведь приехал без предупреждения. Будем рады вас встретить. Приезжайте, развеетесь. У нас есть озеро и две лодки. Рыбалка. Тир. Приезжайте.

— Непременно приедем, но вы даже чай не допили…

— Не страшно, хочу извиниться перед Елизаветой Васильевной, вы позволите?

— Идите, я ей не охранник…

— Благодарю. Приезжайте в воскресенье, ждём! — и сбежал, желая перехватить на крыльце Лизу, а Кретову осталось только встать у окна и наблюдать душещипательную картину, как «ПрЫнц» на белом коне, примчался к слепой Белоснежке и пытается запудрить невинной деве разум.

— Тьфу! И зачем я клялся…

Клятвы бы не случилось, но у маменьки нашёлся весьма резкий аргумент, или клятва, или Лиза уезжает в столицу под опеку пожилой родственницы семейства Кретовых. С таким ультиматумом спорить оказалось невозможно.

— Ах, барышня, вы не устали? Может, немного поспешим? Самую малость, а? — Фрося, явно что-то задумала. Она несёт довольно большой кувшин с ледяной водой, и мне показалось, что именно поэтому хочет быстрее дойти, чтобы избавиться от холодной, мокрой ноши. Но совесть не позволяет ей меня торопить.

— Нет, не устала, наоборот, сил как будто прибавилось, Пётр Петрович, ты не отстаёшь?

Петух тут же издал пронзительный боевой клич, всполошив всю округу. И мы дружно прибавили шаг.

Фрося время от времени поясняет, что происходит, где мы идём, и сейчас её осенила полезная идея:

— Мы уже на поляне перед домом, скоро начнётся мостовая, не оступитесь. Камни кривые, прям руки бы оторвать, кто их складывал, честное слово, не мостовая, а колдобины, держитесь крепче. Вам бы палку, попрошу лакея Федьку, найти и ножичком зачистить. Уж простите, если вас это обидит, но лучше так, чем натыкаться на стены и мебель…